Насмешка абсурдом.Вот представь, читатель, что живешь ты, живешь, взаимодействуешь со своим окружением и ведешь себя определенным образом с товарищами. С кем-то можешь драться, кого-то легко потискаешь или вы взаимно напитаетесь запахом пота друг друга. Кого-то будешь критиковать, с кем-то - конфликтовать. Это социум, это жизнь, это нормально.
Так вот, мякотка моих взаимоотношений с той семьей заключалась в том, что я совершенно конкретно вел себя как матерый нахлебник, который ходит гулять за счет друга и нисколечки не стесняется этого.
Хм, это притом, что парень воспитан и неглуп? Что у него, крыша поехала? Зачем так себя вести? Я и сам не мог сказать, зачем - до того самого эпизода, когда все встало на рамки привычного и естественного.
Пожалуй, важно вспомнить предысторию моих отношений с тем другом. Хотя он номинально был ненамного меня старше, фактические различия в развитии у нас были "как у неба и земли".
Хотя, это я приукрашиваю, у любого 20-летнего парня с нынешними продвинутыми подростками различий во много раз больше (не в пользу юных героев) притом, что наш молодец может быть зауряднейшим зомби без царя в голове.
У нас же с другом все было проще - он в роли условного ментора, я же только стремящийся и познающий.
Вскоре после выпуска из школы, он стал активно подрабатывать и заимел свободные средства, которые нередко прожигал со мной. Стоит ли говорить, что у меня в то время умер отец и было как-то не до трат на развлечения? Да и еще тот вопрос - были ли деньги-то?
Именно с тех пор и стартовала форма отношений, которую ныне острые языки, не знакомые с нюансами, называют "моим нахлебничеством и его спонсорством". А ведь тогда предполагалось, что кто может, тот и платит. И даже если человек может, но стесняется/не хочет, но ты все равно его уламываешь встретиться, он вполне имеет право не прикасаться к своим средствам.
Однако, такой расклад не мог меня радовать. Хотя бы потому, что я на него платил ударами по самооценке со стороны моего критичного друга. Он ведь с детства был мизантропом и представление о респекте и уважухе тоже пахло искажениями.
А тут как бы и негоже возникать из-за неуважения, он же платит за наши посиделки. Можно было бы гордо топнуть ножкой и отказаться, но я этого тоже не сделал - видимо, свой профит с такого общения все-таки ловил. Или не хотел остаться совсем один.
Хотя, это я приукрашиваю, у любого 20-летнего парня с нынешними продвинутыми подростками различий во много раз больше (не в пользу юных героев) притом, что наш молодец может быть зауряднейшим зомби без царя в голове.
У нас же с другом все было проще - он в роли условного ментора, я же только стремящийся и познающий.
Вскоре после выпуска из школы, он стал активно подрабатывать и заимел свободные средства, которые нередко прожигал со мной. Стоит ли говорить, что у меня в то время умер отец и было как-то не до трат на развлечения? Да и еще тот вопрос - были ли деньги-то?
Именно с тех пор и стартовала форма отношений, которую ныне острые языки, не знакомые с нюансами, называют "моим нахлебничеством и его спонсорством". А ведь тогда предполагалось, что кто может, тот и платит. И даже если человек может, но стесняется/не хочет, но ты все равно его уламываешь встретиться, он вполне имеет право не прикасаться к своим средствам.
Однако, такой расклад не мог меня радовать. Хотя бы потому, что я на него платил ударами по самооценке со стороны моего критичного друга. Он ведь с детства был мизантропом и представление о респекте и уважухе тоже пахло искажениями.
А тут как бы и негоже возникать из-за неуважения, он же платит за наши посиделки. Можно было бы гордо топнуть ножкой и отказаться, но я этого тоже не сделал - видимо, свой профит с такого общения все-таки ловил. Или не хотел остаться совсем один.
Совесть меня, конечно, душила (ну, нельзя же так себя вести), но с другой стороны спасало объяснение "кто приглашает/уламывает, тот и платит". Т.е. если ему не нравится, мог бы и не приглашать. А раз зовет, значит ему не трудно организовать общий досуг за свой счет.
При этом я в уме постоянно прикидывал "на сколько же я нагулял за счет друга в общей сложности" - через нескооько лет сумма близилась к баснословным по тем временам тысячам 50.
И это не было долгом в прямом смысле слова - эти деньги с меня он никогда не затребовал бы.
Или? Или.
В один прекрасный день, когда с нашего знакомства минуло, ну очень много лет, он делает мне коммерческое предложение. Предлагает дать свои данные, сделать фирму и поработать номинальным директором для обнальщиков (в ряды которых записался и мой товарищ).
Кхм, так себе ситуация... С одной стороны, он гарантировал отсутствие рисков, связанных с окололегальностью операций. Мол, не посадят тебя, друг, я обещаю.
С другой стороны, о геморрое с банками и многих нюансах он тогда позабыл, а я вполне их допускал (спасибо интуиции).
С третьей стороны, я чувствовал за собой чувство долга за потраченные на меня ресурсы. Ну и полагал, что если через эту фирму, т.е. через меня друг "наживется" на те же 50к, то мы будем в условном расчете и моя совесть будет спокойна.
При этом я в уме постоянно прикидывал "на сколько же я нагулял за счет друга в общей сложности" - через нескооько лет сумма близилась к баснословным по тем временам тысячам 50.
И это не было долгом в прямом смысле слова - эти деньги с меня он никогда не затребовал бы.
Или? Или.
В один прекрасный день, когда с нашего знакомства минуло, ну очень много лет, он делает мне коммерческое предложение. Предлагает дать свои данные, сделать фирму и поработать номинальным директором для обнальщиков (в ряды которых записался и мой товарищ).
Кхм, так себе ситуация... С одной стороны, он гарантировал отсутствие рисков, связанных с окололегальностью операций. Мол, не посадят тебя, друг, я обещаю.
С другой стороны, о геморрое с банками и многих нюансах он тогда позабыл, а я вполне их допускал (спасибо интуиции).
С третьей стороны, я чувствовал за собой чувство долга за потраченные на меня ресурсы. Ну и полагал, что если через эту фирму, т.е. через меня друг "наживется" на те же 50к, то мы будем в условном расчете и моя совесть будет спокойна.
Короче, принял я предложение.
А уже позже путем догадок и предположений выяснилось, что прокатил-то друг через фирму больше, чем казалось. Что в некоторых ситуациях он отмахивался дешевыми обедами и 200 рублями за мои выезды, а ведь по идее, должен был выплачивать аж по тысяче за раз (рыночная норма).
В общем, моя совесть была очищена, друг был заподозрен в ярко выраженном обмане (не не запален), и неясно было, что же будет дальше.
Вот где-то в этот момент и проявилась в моем поведении с другом самодурственная наглость. Если раньше я был вынужденным или даже формальным нахлебником, то теперь превратился в наглеца, лентяя и любителя сесть и свесить ножки. И не стыдно же было!
Я и сам удивлялся, чего ж мне не стыдно-то? Я же не такой. Или все-таки такой?
Уже тогда я знал, что жена друга - по сути такой же якобы вынужденный нахлебник, каким был я. По уму, было бы не концентрировать внимание на ней, но... уж очень я любил тогда правду-матку, которую выливал тонко, изящно и как бы неконкретно, а что самое интересное - интуитивно! (потому-то и не мог найти внятных объяснений)
А уже позже путем догадок и предположений выяснилось, что прокатил-то друг через фирму больше, чем казалось. Что в некоторых ситуациях он отмахивался дешевыми обедами и 200 рублями за мои выезды, а ведь по идее, должен был выплачивать аж по тысяче за раз (рыночная норма).
В общем, моя совесть была очищена, друг был заподозрен в ярко выраженном обмане (не не запален), и неясно было, что же будет дальше.
Вот где-то в этот момент и проявилась в моем поведении с другом самодурственная наглость. Если раньше я был вынужденным или даже формальным нахлебником, то теперь превратился в наглеца, лентяя и любителя сесть и свесить ножки. И не стыдно же было!
Я и сам удивлялся, чего ж мне не стыдно-то? Я же не такой. Или все-таки такой?
Уже тогда я знал, что жена друга - по сути такой же якобы вынужденный нахлебник, каким был я. По уму, было бы не концентрировать внимание на ней, но... уж очень я любил тогда правду-матку, которую выливал тонко, изящно и как бы неконкретно, а что самое интересное - интуитивно! (потому-то и не мог найти внятных объяснений)
Т.е. форму наших отношений с другом можно было расписать следующим образом:
1. Я ничего ему не должен, но продолжаю быть эксплуатируемым по фирме, открытой по его предложению.
2. Я не получаю положенный профит => веду себя как хочу и клянчу с друга все, что можно, и что нельзя. Авось, что-нибудь перепадет? И перепадало же!
1. Я ничего ему не должен, но продолжаю быть эксплуатируемым по фирме, открытой по его предложению.
2. Я не получаю положенный профит => веду себя как хочу и клянчу с друга все, что можно, и что нельзя. Авось, что-нибудь перепадет? И перепадало же!
3. Мне до балды на репутацию, ведь именно в роли условного "юродивого самодура" я мог говорить все, что думаю.
4. У него под бочком была жена, находящаяся в моей же роли, но отсвечивающая явно меньше.
В итоге, если разбираться в причинах моего поведенческого метаморфоза, то наружу вылезают скрытые конкретные причины - желание отыграться за обман, но, чтобы все было так тонко, что комар носа не подточит; наличие двойного стандарта здесь и рядом (детский сад: а почему ей можно, а мне нельзя? несправедливо!)
Как же я дошел до столь простых истин, которые ранее мне не были доступны?
Помог конкретный эпизод наших посиделок в баре.
В очередной раз зашла тема моего нахлебничества - я парировал уж совсем "на отвали" - я такой и все тут, смирись или беги.
А друг меж тем, вместо побега, согласился со мной - да ладно, у меня она такая же, даже больше жрет.
А жена-то и не думала смущаться! Вот так все сказали друг другу всё как есть. Все смирились.
Да вот только я солгал, умело прикрывшись легендой. Ни с кем другим, кроме друга и его брата я в самодуры-нахлебники не записывался. И в обоих случаях были конкретные причины.
Ну а что касается заглавной темы - как ты думашь, читатель, в какой из двух ситуаций недостатки жизненной позиции человека будут более отчетливы: если он один такой уникум в компании (притом, что творческие натуры, вроде неё любят воображать себя исключительными) или же когда рядом с ним будет тот, кто его переигрывает по всем статьям и открыто демонстрирует все недостатки?
Я думаю, что во втором вариант удар намного сильнее. Потому что человек понимает, что он в роли проигравшего в условном бою. Ведь, скажем, футболист-любитель только рядом с мастером почувствует свою неполноценность в профессионализме. А если тот же мастер учтиво поскромничает и откажется демонстрировать свои навыки - любитель подумает, что он хороший футболлер.
Короче говоря, получилось так, что я интуитивно создал модель поведения, которая наиболее высмеивает не меня самого, а именно жену моего товарища.
И что самое любопытное, как раз эпизод, в котором "все признали все как есть" и стал поворотным моментом в моем понимании своего же поведения.
Т.е. когда все вышло наружу, сразу стало ясно, что и зачем я делал, пусть даже не осознавая до конца.
Вот такой занятный казус с формой поведения в своем окружении.
С другой стороны, этот казус только демонстрирует мою невоспитанность - ну, ведь мог же не реагировать и не доводить дело до абсурда, подставляя свою тушку? Мог, да не смог.
Невежественная свинья - вот как это называется.
Как же я дошел до столь простых истин, которые ранее мне не были доступны?
Помог конкретный эпизод наших посиделок в баре.
В очередной раз зашла тема моего нахлебничества - я парировал уж совсем "на отвали" - я такой и все тут, смирись или беги.
А друг меж тем, вместо побега, согласился со мной - да ладно, у меня она такая же, даже больше жрет.
А жена-то и не думала смущаться! Вот так все сказали друг другу всё как есть. Все смирились.
Да вот только я солгал, умело прикрывшись легендой. Ни с кем другим, кроме друга и его брата я в самодуры-нахлебники не записывался. И в обоих случаях были конкретные причины.
Ну а что касается заглавной темы - как ты думашь, читатель, в какой из двух ситуаций недостатки жизненной позиции человека будут более отчетливы: если он один такой уникум в компании (притом, что творческие натуры, вроде неё любят воображать себя исключительными) или же когда рядом с ним будет тот, кто его переигрывает по всем статьям и открыто демонстрирует все недостатки?
Я думаю, что во втором вариант удар намного сильнее. Потому что человек понимает, что он в роли проигравшего в условном бою. Ведь, скажем, футболист-любитель только рядом с мастером почувствует свою неполноценность в профессионализме. А если тот же мастер учтиво поскромничает и откажется демонстрировать свои навыки - любитель подумает, что он хороший футболлер.
Короче говоря, получилось так, что я интуитивно создал модель поведения, которая наиболее высмеивает не меня самого, а именно жену моего товарища.
И что самое любопытное, как раз эпизод, в котором "все признали все как есть" и стал поворотным моментом в моем понимании своего же поведения.
Т.е. когда все вышло наружу, сразу стало ясно, что и зачем я делал, пусть даже не осознавая до конца.
Вот такой занятный казус с формой поведения в своем окружении.
С другой стороны, этот казус только демонстрирует мою невоспитанность - ну, ведь мог же не реагировать и не доводить дело до абсурда, подставляя свою тушку? Мог, да не смог.
Невежественная свинья - вот как это называется.
