Отправной точкой всего этого безумия было сцепление некогда пальцев вдоль жёлтых стен, вплоть до вгрызания в плоть. Имяреку Тебе, друг мой. По заслугам. Шёпотом раздвигая галактики глаз, зрачки расширяя, чтоб войти, на пороге век стопа’ми расшаркавшись, и сказать самое то, непременно откашлявшись. Больше не видно. Радужки. Остаётся гадать лишь: это бридж или ладушки. И кто же всё-таки выиграл. Самоотрешённо решая выдвинуть свою кандидатуру, как ящик из стола, с оставленным огрызком карандаша, забытым недочинившим некогда его вахтёром. Возможно, что Абсолютным. Многолюдно. В гостиной. В гостях не у сказки, но дома уже. Ей не всё равно. Ты же знаешь. Как бы это ни перечило возгласам на это слепцов, вздохам об этом немых, краскам летних рассветов из окон десятого этажа. Штопая, можно, правда, увлечься, отвлекшись на пролетающих чаек над крышей. Небо уже не пишет. Ни мне, ни Тебе. Поделом ли? Не в курсе. Вектора поменяли. Волны сменили. радиус/цвет/азимут/центр тяжести. Не слышу шороха снов уже, шелеста тех новостей и безудержных от смеха истин. Красота.. Это не блажь премудростей секса, но расстояние максимально минимальное от кончиков подушечек пальцев до пучка электричества, замершего в немеющем ожидании последнего замыкания клемм. Больше ни слова об этом. Я не слышал ни разу, чтобы…Мне казалось. По крайней мере, мне так показалось. За то и плачу‘. Ветошью мыслей, строк оборванных, голосов, прерванных одним лишь и искренним только: «Прости». Просто завтра уже ничего не случится(с). Думаю, так было бы проще. Не сказать, лучше. Ведь и она когда-нибудь вспомнит об этом, не ведая, что творит. Будто тот самый Бог, увлекшийся, невзначай, вышиванием. «Обесточили сердце. Оно занялось вязанием»(с). Я всё прекрасно помню, говорю же, что помню.. Не забыла ли Ты, там откуда не то, чтоб возврата, но единственного способного на воскрешение «Прощаю» уже не дождёшься. Я во сне, знаешь, вижу губы Твои, Ты что-то мне шепчешь, но звука нет, только губы и шёпот. Я пытаюсь прочесть, это очень похоже, знаешь, но я всё же не слышу..как Ты, чуть сдвигая правый краешек губ до заметного еле появления ямочек на щеках, мне отчаянно пытаешься донести, то, что нас бы не то чтоб смирило – мы б оставили квитыми всё-таки клетки, каждую пору тела дочери нашей, мы б оставили все карты битыми, мы бы просто остались укрытыми, от дождей/лучей/туманов наших кромешных вселенных.. то, чего никогда, никогда мне уже не услышать..то, зачем Ты мне ту кость домино подарила. ..Как Ты шепчешь, а я не слышу, не слышу, не слышу из уст Твоих, лишь читаю, и, знаешь, так ведь похоже, но я, оглушённый, контуженный горем разлуки с Тобою, не в силах понять и поверить.. Я вижу сон, и Ты шепчешь мне: Я простила. Простила.
Больше ни слова об этом(с).