Своё горе от потери родного человека я смогла пережить. Да, тяжело, но всё же. С этим мне пришлось смириться, ну, или попытаться смириться. Мне пришлось запереть часть себя, посвященную этому человеку, глубоко внутри. Так глубоко, как только возможно. Потому что иначе боль затопила бы всё моё существо. И так я закрылась, окаменела в какой-то мере.

 
А я вообще профи по нежным фотографиям с первым снегом, кстати. 

Пора поднимать задницу и начать подготовку, пора сесть за учёбу основательно, пора.
Super Meat Boy? Deponia? Ghost Master? Блядь. 

Шрам на полтора лица и кубик без рубика. Аминь.
  
 

 Самое ужасное, что я до сих пор не знаю, о чем говорить с незнакомцами. Во мне прочно укрепился принцип разделения нужности и ненужности. И как бы ни хотелось поговорить со свежим человеком с незамутнённым впечатлениями взглядом со стороны, мне, в общем-то, не о чем спрашивать.

         Странное ощущение потерянности. Есть какая-то романтика в добивающе запредельной банальности. Рутинная такая романтика. Бытовая. Порошковая. Кислотой до ожогов, стеной до царапины. 

         Миллиметрами ползаем, то сюда, то туда, — а в итоге грустим, что кругами. 

Заорать на всю маршрутку: «Куряга!» — знакомиться с людьми легко. Трудно избавляться от уже знакомых. Я взяла две коробки и разобрала друзей. Одних оставлю, других бы выбросить. Людей. Куда-либо. 

Желательно, нахуй.

— А теперь ебаться! 

— Фу, всю романтику испортил. 

— Дык какая же романтика без ебаться? Ебаться — это вообще основа романтики! 

  Никто не любит слабость. Слабых людей и их слабости к слабым силой воли или физической силой. Не суть. На нытиков рефлекторная реакция — прирезать, чтоб не мучился, чтоб не мучил остальных. 

  Всё это время, что я не вижу тебя. Всё это время, что я надрывно скучаю. Я скучаю по тебе не только потому, что давно не видела и слишком давно не разговаривала с тобой, но еще и потому, что я устала от себя. Я надоела себе. Я задрала, заколебала и затрахала собственный разум уже за всё это время.

  Я даже словами не могу выразить то, что ощущаю. Как будто, знаешь, промурлыкали на ушко, а потом резко без предупреждения с размаху пощёчину.