Это такое место, ну знаете, которое бы могло освещать весь земной шар, если бы московские понты могли бы светиться.
Январь, вечер, мы гуляем по столице. На улице -30. Но мы тепло одеты. На нас тёплые пуховики, под пуховиками колючие свитера, заправленные в синтепоновые штаны на подтяжках, на головах шапки с бумбонами, а под шапками никакого намёка на укладку. Пройденно уже 20 000 шагов.
Мы идём мимо рыбного ресторана на Патриках и видим объявление в окне: «Только сегодня! Свежие устрицы и комплимент от заведения — бокал игристого!»
- ЯнваРРРРРЬ, «эр» есть, пошли устрицы есть!
- В таком виде? Нас не пустят!
- Нас пустят.
Мы заходим в этот пафосный ресторан на пафосной улице Москвы.
- У Вас забронирован столик?
Метрдотель смотрит на нас. Скорее всего, на его взгляд мы тут очень инородные тела. Попав в тепло, щёки моментально краснеют, а из носа начинают предательски течь сопли.
Но, не допуская даже тени сомнения, что нам тут не место и что мы выглядим совсем не подобающим образом, Человек говорит:
- Нет. Нам столик на 2-х, пожалуйста.
Метрдотель, видимо, офигевает от такой наглости, кивает, что-то долго ищет в своих бумагах.
Мы невозмутимо стоим и ждём. Метрдотель поднимает на нас взгляд.
- Я могу вам предложить столик на первом этаже. Вас устроит?
- Вполне.
- Можете оставить верхнюю одежду в гардеробе.
Мы отдаём пуховики в гардероб. Их вешают на плечики рядом с коротенькими шубами и легенькими польтишками. Мне кажется, наши пуховики занимают сразу половину гардероба.
Мы остаёмся в тёмных штанах на подияжках и свитерах. Волосы всклокоченны, щёки и нос пытают.
Метрдотель окидывает нас взглядом. Мы держимся так, что нельзя даже заподозрить, что в рестораны принято ходить в другом виде.
- Идите за мной, я вас провожу.
Я закидываю на плечо свой огромный рюкзак. И мы идём за метрдотелем.
Шурк-шурк-шурк.
Мимо столиков с роскошными дамами в шикарных декольте.
Шурк-шурк-шурк.
Мимо мужчин в ореоле дорогого одеколона с пустыми глазами и полными тарелками.
Шурк-шурк-шурк.
Мимо аккуратных губ в красной помаде и мужских рук в маникюре.
Шурк-шурк-шурк.
Мимо дорогих айфонов и часов. Фальшивых селфи и удивлённых взглядом.
Шурк-шурк-шурк.
Мы идём к своему столику, как камень по мочеточнику. Мы тут вообще лишние, но мы идём.
Я мысленно аплодирую официанту, который нас обслуживал. В отличие от метрдотеля, он даже намёка не подал на то, что наш вид его как-то смущает.
Наш первый тост был за то, чтобы мнение других не вставало на пути наших желаний.
Физиологически это вообще невозможно, если вдаваться в нудные подробности. Камень довольно крупный и он из лоханки почки не может пролезть в мочеточник. Обычно идет песок (камень меньше 6-7 мм) или осколок камня.
Моча из почки давит на камешек и, не найдя прохода дальше, давит в обратную сторону - на почку. Что дает почечную колику. А этот вид боли считается самым сильным, после болей во время родов.
Застревание камня в мочеточнике - вот это возможно. И, в зависимости от типа камешка, может быть разрешено разными способами. Ударно-волновой или экстракцией, если есть возможность. Либо хирургически, лапароскопией.
Сама боль сравнима с ножом, который воткнули тебе в спину и крутят его там.
И чем она сильнее, тем сложнее ее купировать. Так что эти моменты лучше не упускать и сразу делать укол обезбола.
Короче, никому не советую с этой хренью сталкиваться. В последний раз это было в мае... Что ж... во всем есть свои плюсы - теперь левая почка чистая.