Нет ничего проще смерти.
  

   Хоть раз в жизни я сделал правильный выбор.
 

С каждым днем все хуже.
Я кончаюсь.
Я не могу довести до конца.
Нельзя.
Приступим.

   Я ненавижу в себе это. Моменты слабости. Ненавижу допускать срыв моего вечного спокойствия. Ненавижу любые эмоции в себе, превышающие грань дозволенного. Сорвался. Опять на ней. Опять истерика. Успокаиваюсь, забиваю, ухожу. Тишина давила на уши, взрывала мозг, давала думать. Музыку. Громче. Вот спасение. Появляются образы, связанные с песнями, а не с жизнью. Интернет - еще один помощник. Просто уйти с головой. Хоть куда. Просто уйти. На улице много людей, недоуменные взгляды, непонимание и осуждение. Люди какие-то совсем не люди. Кругом стресс, духовный кризис. Злость, гнев. Снова закипел. Удар в стену, привычка со старых боев.
   Такое состояние хуже всего. Книга не поможет, сидеть на месте очень сложно, сложно даже просто дышать, хочется одни вздохом разорвать грудь.
   Вспомнить маму. Ее улыбку, нежный голос, мягкие волосы. Она самая успокаивающая на свете. Вдох, еще один. Отпускает. Медленно, но уверенно отпускает.
   Утром все будет в порядке, все будет намного лучше. Я рад.

   Кругом врачи. Я не могу смотреть им в глаза: та злость, которая кипит в душе, готова вырваться в любой момент. Все что-то спрашивают, как на допросе. Всем что-то нужно. Зачем? Зачем им знать, что у меня внутри? Боятся, что опасен. Желтые стены уже начали меня веселить. Все так картинно, так ненатурально.
  

   Волосы пахли солнцем. Она сама была солнцем, только никто не видел этого. Улыбаясь летнему дню, ярким лучам, природе, машинам и всему вокруг, она шла по городу. Она была какая-то далекая и близкая одновременно. Я уже знал ее имя, цели, знал вроде бы все и одновременно ничего о ней не знал. Она с улыбкой слушала разговоры прохожих, улыбалась сама себе, вспоминала все языки, которые знает, и поочередно составляла диалоги на каждом из них. С восхищением смотрела на цветы, небо, людей. Все ей было интересно, необычно.
  

   Размытый силуэт выплывал из тьмы. Приближаясь, он приносил с собой холод, нес ужас.
   В нем я видел себя. Свою темную сторону. Поэтому битва с ним была равна битве с собой. Эта война обретала иной характер.
  

   Отпуск окончен. Как бы не хотелось его продолжить, но завтра снова работа. Последний вечер отдыха я решил провести в уютном и тихом джаз-кафе. Такое приятное место...
   Да. Там была она. Я знал, что ее увижу.  С каждым годом она все прекраснее. Стройный стан, туманный взгляд, волнистые длинные волосы, идеальная одежда, аристократичные манеры.
  

   Вокруг так много людей, которые так быстро проносятся перед глазами, но если они отличаются от нас по внешнему виду, мы уже готовы наградить их клеймом.
   Она выглядела вызывающе, все мужчины смотрели на нее. Всего один взгляд и ясно - девушка легкого поведения. Она была с подругой. Смеялась, пила шампанское, а потом заметила меня. Посмотрев на свою подругу, обменявшись улыбками, она подошла ко мне.
   - Привет, - улыбнулась она.
   Я посмотрел долгим взглядом в ее глаза. Ведь это так странно, но так полезно, читать душу по глазам. Она была полна грусти, сочувствия, теплоты. Она искала любовь, сама не зная, как ее искать правильно. Это был еще ребенок в поисках счастья. Такие умеют любить, не предавать, быть лучшими друзьями. Не смотря на ее вид, манеру поведения, она являлась не той, о которой думали, при ее появлении. С такими нельзя быть, не полюбив. Я не хотел ей боли.
  

   Дикая боль. Думал, больше уж и не почувствую такое. Но вот она и вернулась. Улыбнулась, впилась дикими зелеными глазами в душу, облизнула острые клыки и, шипя, проникла в душу, доходя до самых глубин. От нахлынувших чувств упал на колени. Это все выглядело так наиграно, что смех не заставил себя ждать. Глухой, истеричный.
   Я помню свою Маму. Ее карие глаза, темно-рыжие волосы, широкую улыбку, с пухлыми губами, ее вздернутый веснушчатый нос, ее взволнованный и добрый взгляд. Она любила меня больше всех. Первенец. Она чуть не умерла при родах... Она любила меня. И сейчас любит. Она меня учила. Она с раннего детства воспитывала меня как мужчину. Она учила держать удары судьбы, быть готовым к несправедливости, быть верным себе. Она с детства учила меня не плакать. Она была хрупкой, нежной, доброй. Плакала с книг, фильмов, рассказов, с мыслей выдуманных, но не с жизни. Она была сильной. Я мечтал быть похожим на нее. И я стал. Когда я уходил, она не плакала, только прошептала: "Будь счастлив, не забывай меня". Мама... Мама. Я вернусь. Как только стану достойным тебя, я вернусь.
   Она стояла передо мной, смотрела смеющимися глазами. Она думала я один из глупых мальчиков, один из тех, кому можно разбить сердце. Но мое сердце принадлежало только Маме. С самого рождения.
   Я поднял глаза и улыбнулся:
   - Удачи.