ставлю оценки студентам из тайваня за несколько месяцев общения. 

"иии Миша получает своих гордые 9 баллов, потому что у него крутые шуточки и на филфаке мальчики в дефиците".

"Свете я ставлю 10 баллов, потому что...

чувствую себя сорокалетней учительницей, у которой нет личной жизни. 

когда во владике было 12, а в москве пять утра, два человека из разных концов этой страны разговаривали по телефону. один из них был филологом, а второй -- экономист из мида, который бросил медиаком в вышке. 

и тогда этот самый экономист сказал своему любимому филологу:

-недавно, когда я писала для тебя эссе по экономике, я объясняла своим соседям, для кого я это делаю:"тогда я делала домашку по экономике художнице, а в этот раз человеку, который вообще ничего знает, — филологу". 

перечитывала один свой пост порвала губу. точнее отгрызла от нее кусок кожи. 

сижу кровоточу. мечтаю о завтрашнем вечере. жду маму и собак. 

с утра успела поговорить со всеми, кроме родных. 

Я сегодня буду много писать, потому что весь день я сижу за ноутом, пью черный чай, желтую ринзу и увеличиваю гору таблеток вокруг себя. 

Из-за ночных поисков места, где бы присесть и выпить чего-нибудь, я проснулась с больным горлом, воспалённым носом и странным чувством в глазах. Болею я самозабвенно, поэтому разучилась как-то спокойно относиться к своим простудам. Лелею её, вынашиваю, пою горячим, кормлю сладостями и таблетками.

У меня есть хорошее чувство, которое греет меня с вечера пятницы. У меня есть хороший коллектив с хорошим начальством. Из всех моих четырех работ, есть одно место, куда хочется ходить и пить чай -- мой музей. Место, благодаря которому любишь город, любишь людей, любишь себя, любишь историю. Место, в котором хранятся силы столетия, силы города. Место, в котором ты любишь стены, плитку, окна и ленту с бубенчиком на шее пушистой музейной кошки. 

вырываешься из бесконечно заполненной недели, выходя из комнаты, целуешь Свету в макушку и, закрывая дверь, ворчишь "блядская моя жизнь".

в одиннадцать оказываешься в пустой холостятской квартире, пропахшей насквозь дурью. мы не виделись, наверное, с июля. у нас нет любви и привязанности, но когда я засыпала и просыпалась, он гладил меня по голове и целовал мой лоб. 

больше всего запоминается запах его бороды, когда он тебя целует. кажется, что ты затягиваешься с бонга. 

на выходные позвал к себе есть пиццу. 

утром едешь от него на пары и думаешь, что в нём всё хорошо, но. кто это за "но"? 

прошёл ровно год. я пережила стадию отвержения, принятия, истерик, отрицания, смирения, разочарования. и вот утром, возвращаясь не от тебя, я думаю, что ты мой очередной колодец и пока что я никуда от тебя не денусь. пока что мне не нужна чужая пицца. 

Когда мне будет 20, я буду полностью уверена, что ничего страшного в этом нет, потому что ты показал еще полгода назад, что жить после двадцати десять лет еще точно можно. Ну, тебе еще тогда писали, что ты единственное среди нас всех доказательство того, что жизнь после 30 существует. А что мне делать через десять лет?
С таким образом жизни и участившимися попаданиями в больницу и кому ты оставляешь неуверенность в том, что ты станешь единственным доказательством того, что жизнь после 40 существует. 

-Знаешь, мне доставляет такой образ жизни. Воруй колеса у соседей, катайся на качеле, которая на дереве висит, и гоняй модная, в ободке красивая. Да еще и одна среди всех девочка. Хотя я непременно стала бы мальчиком. И пиратом.
-Ты знаешь, вот ты меня сейчас не удивила. О том, что ты была бы пиратом. Пираткой.

оказывается, прекрасному директору 37 лет. а я, до того как пропасть, несколько месяцев строила ему глазки, он даже соизволил познакомиться с моими родителями и поить меня бесплатным лимонадом. 

я думала, что мой возрастной максимум -- 33. 

37, мать твою, 37!

время, куда ты бежишь?. 

в связи с этим задумалась о том, что мы абсолютно беззащитны перед взрослыми мужчинами. насколько уязвимы мы, маленькие девочки. никаких игр, никаких секретов, просто он либо хочет, либо нет. ты ничего не решаешь, ты всегда согласна, что бы он не захотел. 

сидела у него в кафе, пила шиповниковый чай и думала об этом. ловила его взгляд на себе, улыбалась в ответ и безумно, безумно боялась. 

страшное понимание своей слабости. первый раз в жизни.