Я не знал, жива ли моя мать. Все время пока я находился там, мы не имели никаких сведений друг о друге. 

То есть я не знал ,существует ли физически человек, которого так люблю, и тем не менее это так мало влияло на мои чувства к матери.  Причем это не явилось для меня камнем преткновения. Любовь так мало направлена на тело любимого, что она легко может пережить его смерть, может существовать в сердце того, кто любит, до тех пор, пока не умрет он сам. Тому, кто любит, смерть любимого существа становится действительно непостижимой, так же как и «непостижима» для него и своя смерть. Ведь хорошо известно что никто, что никто не может полностью осознать факт собственной смерти, что это в корне так же непостижимо , как и тот факт, что нас не было до рождения. Всякий, кто на самом деле утверждает , что он может постичь смерть человека , обманывает сам себя. Потому что то, во что он хотел заставить нас поверить, непостижимо, а именно: что человеческое существо устраняется из мира просто потому , что его организм, который является средством передвижения, стал трупом. Когда исчезает физическая внешность, наверно говорить, что личность сама больше уже не существует. Самое большее, что мы можем сказать,- это то, что она (личность) уже больше не проявляется, потому что проявление требует физических форм выражения. Таким образом, мы еще раз видим, почему и в каком смысле истинная любовь не зависит от присутствия человека.  Все это не означает конечно что любовь не имеет желания «воплотить» себя. Но она в такой степени независима от тела, что не нуждается в этом теле. Даже в любви между людьми разного пола тело, то есть сексуальный элемент, не является первичным: оно только средство самовыражения. Любовь как таковая может существовать без него. Там, где сексуальность возможна, любовь будет требовать, и стремиться к ней: но там где требуется отказ от нее, любовь не охладеет и не умрет.

Телесное проявление любимого человека становится символом для того, кто любит, простым символом чего то ,что проявляется во внешнем виде, но не полностью содержится в нем. Настоящая любовь сама по себе и для себя не нуждается в теле ни для возбуждения, ни для совершения, хотя она использует тело и для того и для другого.