я больше не часть твоей жизни, не твой дружочек, не собеседник и просто - не. 
не совпадаю, не думаю, не нужна и -- что там еще бывает? 
и дело не в злиться, резать руки, писать fuck you all или хуй войне, 
я просто скучаю, и думаю, как мне тебя не хватает.

я больше не муза, не вдохновение, не недосягаемая высота, 
не тот, за кем ты следишь с неизменным пристальным интересом, 
я больше не тот, короче. точнее, я больше не та, - 
и это, наверное, естественно, как все биологические процессы.

как есть, как дышать, как спать, но - я больше тебе не снюсь,
и даже письма писать вот-вот тебе перестану... 
я больше не часть твоей жизни. я объясню 
это себе попозже, пока же мне все так странно:

я больше не часть твоей боли, не часть твоей нежности, не твоя рука, 
я больше не "эта история про случайную встречу с нею"... 
я больше чем все это, слышишь? я больше. наверняка. 
а впрочем, не слышишь, а я объяснить - к сожалению - не умею

(с)

И, понятно, мы притязательны, но просты,
и безмерно самодовольны, как львы в саванне;
мы же странники оба – искатели красоты,
и друзья темноты, и охотники за словами.

И, конечно, кругом октябрь, темно в Москве,
но по пальцам бегут серебряные разряды, – 
мы алхимики, воздух легко превращаем в свет;
всем светлей, но слегка задыхаются те, кто рядом.

И, наверно, в миру было встретиться нам пора –
посидеть-поболтать, как самим себе тянем жилы;
мы работники оба – пера, да и топора,
эту встречу, в общем, давно уже заслужили.

И, как только обрежут парки тугую нить, –
и тебя, и меня накажут по высшей мере:
мы обманщики оба, что уж тут говорить.

Так давай же обманем друг друга.
Как мы умеем. 

(с)

Расскажи мне о своих любимых-не любимых числах, 
о своих рецидивах и одиночествах, 
о вечно отстающих стрелках на запястьях, 
о дорогих тебе именах-отчествах, 
о неземных счастьях… земных несчастьях…

о каких-нибудь мелочах… вроде забытых ключей 
и потерянных телефонов, 
о серьёзных фильмах и дешевом порно, 
обо всех этих «неправильно набран номер» 
или «вы не туда попали», 
о промокших в кармане marlboro, 
обо всех «извини, просто, наверное, не совпали»,

о забытых паролях к ящикам, сердцам и анкетам, 
о том, как зимой в этом городе мало света… 
как сходятся люди и расходятся фазы, 
как становится легче от какой-нибудь глупой фразы, 
сказанной или даже брошенной между прочим, 
обо всех банальных «не любит, не ждёт, не хочет»,

расскажи мне о скрытых смыслах, о всём, что важно, 
как бывает одновременно тепло и страшно, 
о своих самых безумных планах, мечтах, поступках, 
о нечаянно брошенных трубках, 
о всяких глупостях… вроде там — сколько часов в сутках 
и машин в пробках, 
о том, как всё это на самом деле смешно и не нужно…

расскажи мне… я просто хочу тебя слушать

(с)

ты не смотри так

это не боль. это все снег горлом

мне с тобой, хоть ты тресни, ни слабой не быть, ни гордой

черно-белыми снами ночь шлюхой стелится под эту сплошную зиму.

чем меньше я понимаю нас, тем мы становимся неделимее.
только море расскажет тебе про небо. и только небо расспрашивают про бога

ты запомни пожалуйста. хотя я не знаю ни человека, которому все это помогло бы

но ты все равно запомни

на случай если меня

не станет.
одинокие птицы просто красиво падают, а ты все смотришь

и думаешь, что летают.

(c)   

поздний прокуренный март толкает, смеется в спину 

я лечусь от тебя пустой болтовней и дешевыми винами 

ты пахнешь теперь другими людьми другими парфюмами 

какими нахуй судьбами, какими струнами.. 

..играют теперь в тебе чужие случайные.  

пьяные воскресенья и остывшая ванная 

смеются надо мной, а я над ними - жалкое зрелище 

когда же ты сука успокоишься, на что ты надеешься? 

и рубашки пропахли совсем не тобой, а чужим потом и куревом 

я лечусь от тебя пустой болтовней с пьяными дурами 

они смеются надо мной, а я над ними - жалкое зрелище 

когда же ты сука успокоишься или уже застрелишься?

(с)

чай стынет. чем станет 
мне эта твоя бездна

птицы живут в метро, чтобы просто жить. 
не мечтая о перелетах и переездах
ты учись у них. и я научусь так. 

нецелованные запястья - неумелая красота
оставайся со мной до мая. я тебя не предам
ни тебя, ни твои хрустальные города
только верь мне и благодари
бога

я проклятая одиночка и недотрога
ничего не меняю. а только касаюсь ресницами его щек
ты держи меня за руку. ты постой потерпи еще
испытай свою горе выдержку. это стоит того
я знаю.

у калек вроде нас только два пути: 
либо выжить, либо коснуться руками рая.
ты держись сильней - вот одна рука, вот - вторая.

(с)

поезда - истерички царапают спины рельс
ты уезжаешь и я задыхаюсь здесь.

и никак не могу представить что было до
этих сплошных спасений - вокзалов и поездов,
этих слов перевернутых к нам их изнаночной стороной
что когда-то я знала как это молча смотреть кино и билась в пустое дно.
мне здесь совсем темно.

господи боже,
я дольше сама росла, чем растила тебя внутри. неудачница
а ты уже вырос так, что в лопатки тощие крыльями упираешься
и я говорю: ну куда мне тебя так много?
а ты отвечаешь: справишься.

(с)

можно долго бежать.
менять имена и лица.
но в какой бы ты вдруг ни оказалась столице
и на чьем бы плече ни проснулась
в свой тысяча первый
впустую убитый четверг,
этот юноша/мальчик/мужчина под боком -
очередной побег
от того, кто имел в себе наглость
в твоей голове прижиться,
от того, чьим именем
ты называешь других,
тот, кого ты искала
и в этом (а как его?..)
мирно сопящем рядом.
ты бы с радостью выпила виски
разбавленный самым смертельным ядом
вместо кофе
который он сварит тебе потом
а пока ты так тихо себя ненавидишь
не твой (но любимый тобою) фантом
точно так же
готовит кому-то завтрак
гремя сковородкой на кухне
быть может похожей на эту
и пока ты бежишь от него (от себя?..) по свету
и сжигаешь себя изнутри
упрямо других любя

он опять просыпается с кем-то
в ком больше не ищет
тебя

(с)

не дари мне живых цветов. подари мне покой и смелость
мне весной тяжело дышать. зашиваю легкие закатами переспелыми
я сама себе на уме, я сама себя извела, я сама себе надоела. 
не спасет никакая ни вера, ни речь, ни ретушь.
я, кажется, правда свихнусь на днях. ты только не бойся 
разницы не заметишь.

(с)