Посвящается В. А. А.
Вот так просто, без лишних слов и эмоций.
Так же, хотелось бы вынести отдельную благодарность сестре и ее жене. Спасибо, что помогали мне!

Сказать, что мне часто снятся сны – значит не сказать ничего. Мне каждую ночь снятся сны. Некоторые я всегда помню, когда просыпаюсь и всегда забываю к вечеру, а затем и вовсе вспоминаются лишь некоторые моменты. И лишь жалкая толика других снов – тех, что навсегда остаются в памяти, ни на минуту не отпуская и заставляя сжиматься сердце. Страшные сны. Мучительно прекрасные. Удушающие. Такие сны – наркотик для меня. Ведь только в них я чувствую себя свободной. Чувство свободы – это то, что я люблю. Я не променяла бы его ни на что. Чувство свободы навсегда в памяти.

Ощущение сна появилась как раз тогда, когда я оказалась в этом странном месте. Не знаю где я. Только чувствую, что везде темно и сыро. Лишь сверху падает луч солнечного света, немного разгонявший мрак комнаты.
Нужно, наверно, отсюда выбираться. Оглядываюсь и ощупью пробираюсь к двери, еле-еле видневшейся в углу. Открываю дверь и оказываюсь в таком же полутемном коридоре. Здесь свет ничего не разгоняет, за исключением лампочки в конце коридора.
Самое главное, что я вполне владею своим телом во сне. Когда-то я даже стремилась к этому, чтобы так владеть своим сновидением, разумом, чтобы и во сне оставаться мыслящим человеком, а не смотреть на развитие событий со стороны.
Мои мысли отвлек неясный человеческий силуэт, будто выросший из пола. Ни лицо, ни даже одежду различить было невозможно, так как фигура стояла прямо на свету. Можно было лишь различить черное короткое платье и тонкие ноги, выглядывающие из подола. Девушка двигалась мне навстречу. Вскоре, она уже стояла рядом со мной.
- Пойдем, - она потянула меня за рукав. – Я хочу тебе кое-что показать.
- Что показать? Эй! Перестань меня тащить! Куда мы вообще идем?
Девочка упрямо тащила меня вперед, не замечая, может быть, моих попыток вырваться и выяснить происходящее.
Мы зашли в какую-то комнату, где она, наконец, выпустила меня из своих цепких рук, вздохнула и выжидающе уставилась на меня.
Хочу сказать, что комната эта была похожа на комнату колдуньи или ворожеи: на стене висело зеркало, закрытое плотной черной тканью, в углу стол, лежащие на нем травы, над столом полки, которые были заставлены разными склянками, флакончиками и тюбиками. На других полках было множество книг с названиями на непонятных языках. Я бы даже не смогла определить на каких.
- Куда ты меня завела? – буркнула я первое, что пришло в голову. – Опыты надо мной ставить будешь?
- О, нет. Что ты, - светло улыбнулась девушка.
Я впервые посмотрела на нее как можно пристальнее, стремясь уловить все детали ее красоты. Девушка и в самом деле была красива, но какой-то волшебной, почти неземной красотой.
Волосы были белого-белого цвета, такого ослепительного оттенка, какой бывает у только что выпавшего снега. Глаза – огромные, почти бесцветные и прозрачные, словно лед. Ее черное платье резко контрастировало с ее белой кожей. Черты лица тонкие и, кажется, что лицо не выражает никаких эмоций, но на самом деле, если приглядеться, можно было увидеть гамму чувств на милом личике, уловить проскользнувшую, но так и оставшуюся непонятой, мысль. Но самое удивительное – крылья за спиной. Большие красивые, как у бабочки, и пронзительно фиолетовые, такие, что глаза режут.
«Как Снежная Королева» - проскользнуло в голове. Но, если в королевском лице можно было прочитать только холод, то на этом лице можно было увидеть тепло и участие, от которого лед всякого сердца может растаять.
- Кто же ты?
- Мое имя ничего не даст тебе. Я привела тебя сюда, потому что так нужно. Посмотри на нее, - по мановению ее руки черное покрывало спало с зеркала, и в нем отразилась девушка, вполне земная и материальная. Сейчас она спала. Я с удивлением прислушивалась к своим чувствам. Сомнений не было – меня ужасно к ней тянуло. Хотелось сейчас, прямо сейчас подойти к кровать, обнять ее и остаться с ней навсегда. Так и оставаться с ней всю жизнь, никуда не отпуская.
- Кто это? – благоговейно прошептала я.
- Это? – ворожея загадочно улыбнулась. – Это твоя судьба.
- Судьба?
- Так давно было предрешено. Чувствуешь, как вас тянет друг к другу?
- Да… Но почему?
- Это неважно. Тот, кто составлял вашу судьбу, загадочным образом исчез, и вас поручили связать мне. Не спрашивай больше ничего, - жестом она попросила меня замолчать, в тот момент, когда я уже хотела заговорить. – Сейчас главное, что это сон, который сбудется. Помни. Помни и верь, - она вновь взмахнула рукой.
Сразу подул легкий ветерок – неожиданно я поняла, что нахожусь в другом месте.
Место это было похоже на купе поезда. Огромное окно. От стены у окна стол и кровати по бокам. Я не успела ничего разглядеть, как вдруг кожей, кожей ощутила ее присутствие рядом. Не успела ничего сделать, как почувствовала шеей горячее дыхание. Оказалась в плену ее рук. Горячие губы пробежали по мочке уха…
- Соблазни меня, - прошептала она. – Соблазни меня, если захочешь.
Ничего не говоря, я повернулась к ней и припала губами к ее губам. Будто пила из живительного источника.
Я, наверно, сошла с ума. Со мной такого никогда не было, но вдруг захотелось обнять. Так сильно, чтоб не хватало воздуха. А потом на ухо прошептать: «Моя».

- Ну, пойдем. Я тебя хочу кое с кем познакомить.
- С кем? – я упиралась ногами, в тщетных попытках освободиться от сестры. – Давай, может быть, потом, а?
- Нет. Прямо сейчас. Познакомлю – не понравится – уйдешь.
- Так с кем хоть? – уныло спросила я, плетясь следом. – Вот зачем тебе это?
- А вот не хочу, чтоб ты скучала, - насмешливо сказала сестра. – А то понурая ходишь, будто воды вылили на тебя. Вот и ищу тебе приключений. На пятую точку.
- Ха-ха, - кисло выдавила я. Сейчас познакомит с какой-нибудь дурой. А мне потом отдувайся – развлекай ее.
- Вот познакомься. Это Муза.
- Кто? – переспросила, поворачиваясь, я. Как-то прозевала тот момент, когда мы уже пришли. Тут же сердце будто подскочило до горла, решив пропустить удар. Она и вправду Муза. Моя Муза.
- Привет, - она протянула руку, улыбаясь. – Приятно познакомиться.
- Да… Мне тоже, - ошалело выдохнула я. – Иди-ка сюда, - потянула я сестру. – Кто это?
- Как кто? Я же представила. Муза.
- Я вижу, что Муза. Я спрашиваю кто, откуда и, самое главное, где ты ее откопала?
- Что затронула, да? Ну я так и подумала. Все остальное сама спросишь, нехорошо девушку одну оставлять, - усмехнулась моя сестра.
Убью. Зачем надо было знакомить вообще? Я же с ней тронусь. Всем телом при встрече почувствовала, как влечет. Что угодно сделаю, чтоб обнимать ее, когда захочу. И сон-то, оказывается, вещий! Видимо, это и правда – судьба. Но кто же была та девушка-ведунья? Не важно.

Я без особой утайки смотрела на Музу. Что-то меня влечет к ней. Как сказала девушка во сне – судьба. Но ведь такого быть не может! Не может быть, что мне приснился какой-то сон и в этот же день оказался вещим. В задумчивости я закурила. Вдыхая в себя чуть горьковатый дым, всегда замечательно думать о чем-то постороннем, о чем раньше даже не задумывался. Смотреть на небо, будто сливая с ним. Небо ранней весной серое, такое не похожее на пронзительно-синее летнее. Осталось еще что-то от холодной, понурой и снежной зимы в этой весне. Холодные сугробы, тающие уже под весенним потеплевшим солнцем. Такой же холодный промозглый воздух, пробирающийся даже под куртку. Я не люблю зиму из-за этих ее холодов и ветра, так же не люблю и раннюю весну, такую, как сейчас. Намного лучше теплое лето, с его синим небом, зеленой травой и мягким солнцем, приветливо ласкающим тело.
Зажмуриваюсь от нахлынувших воспоминаний. Втягиваю в себя дым, медленно выдыхаю его. Всегда бы так было: небо, я и тишина…
- Привет!
Я повернулась, сердце екнуло еще раз и сильнее. Скоро инфаркт заработаю. Голос до боли знакомый.
- Вроде здоровались уже, - усмехнулась я. Не прогадала. Это действительно была она. Муза.
- Надо же с чего-то разговор начать, - улыбнулась она.
- А что очень поговорить хотелось? – буркнула я, туша сигарету. Выкину из своей жизни сигарету лишь тогда, когда мне прикажут. Прикажет тот, кому хотелось бы подчиняться.
- Не знаю. Наверно, раз подошла. Есть тут что-то, - она пошевелила длинными пальцами в воздухе. – Понимаешь, как бы странно это не звучало… Сигареты не найдется? – неожиданно сменила тему она.
- А, да, конечно.
Щелкнула зажигалка. Если бы все так курили. Медленно, красиво, завораживающе, как она. Будто не с ней рядом стоишь, а дымом становишься или сигаретой в изящных пальцах.
- Эй, ты чего? – смеясь, спросила она.
- Нет, ничего. Продолжай.
- Да… Понимаешь, - вновь медленно затягиваясь, выпалила она. – Сон какой-то странный был.
Опять сон. И у меня сон. Странный. Может, ей то же самое снилось? Нелепость.
- Будто здание какое-то. И девушка… В черном платье. Снежная Королева.
Тут два варианта. Или она мои мысли читает, или ей действительно все это приснилось. Как и мне.
- Что она тебе сказала?
- Я немного помню. Да и не запоминала особо. Сон ведь, - она задумчиво улыбнулась.
- Мне тоже.
- Что?
- Этот сон снился.
- Правда? – в ее голосе и взгляде смешалось удивление и недоверие.
- Да. Не веришь? – не веришь. Вижу, что не веришь. Возможно. Как у меня – есть что-то, влечет, а понять, что это не может. Смешно.
- Не знаю, - она отбросила сигарету в сторону. – Не знаю, возможно, да.
- А возможно нет.
- Возможно, и нет, - легко согласилась она.
Вот так и проходил наш разговор. Как говорится обо всем и ни о чем. Меня это не напрягало, ее, по-видимому, тоже. Я без утайки рассказала Музе, что мне приснилось, она рассказала все. Что запомнила. В сущности, запомнила она немного. Но того, что рассказала, хватило, чтобы понять, что снилось нам одно и тоже. Разве что мелкие детали разнились, но это не суть важно.
Я не знаю, задумывалась ли она над этим. Ее взгляд выражал искреннее недоумение всему происходящему. Я же, будучи фаталисткой, просто принимала все, как данное.
Все бы шло, как шло. Если бы в мою, опьяненную голову, вдруг не пришла фраза из сна: «Соблазни меня, если захочешь». Опьянение резко прошло, а я вдруг резко и с ясностью трезвенника поняла, что влипла. Я вдруг поняла, что за весь вечер, наверно, только на Музу и смотрела, мало уделяя внимания кому-либо другому, за исключением, разве что сестры.
Где-то в середине празднования ко мне подошел знакомый парень, ненавязчиво предложив потанцевать. Я отказалась, слишком занятая выискиванием среди гостей моей Музы. Парень, обидевшись, отошел, буркнув что-то насчет «хамоватых девок». За «девок» он еще ответит, но сейчас не об этом. Меня сбила с толку сама мысль о том, что я могу влюбиться в практически незнакомого человека. Для меня это нонсенс, не поддающийся никакой логике.
- Ты где спать будешь? – голос сестры послышался где-то в стороне.
- Кто? Я?
- Ну не я же. Прикинь, - она плюхнулась рядом. – Половина здесь собирается остаться. Не знаю, где их разместить. Так, что я пока тебе место забиваю, думай быстрее.
- Да они вроде не имеют ничего против того, чтобы спать на полу, - буркнула я, брезгливо выделяя нескольких людей, с осоловевшими глазами, практически падающих на пол. – Вот пусть там и спят.
- Так пусть спят, просто некоторые могут и кровати нормальные занять… Так, что ты решила?
- Это не я решила. Это она, - усмехнулась я, указывая на Музу. Она призывно махала мне рукой, жестикулируя и явно пытаясь показать, что комнату она уже забила, и ждет меня. – Пойду я тогда что ли?
- Ну, иди. Смотрю, уже хорошо общаетесь?
- Не жалуемся, - с нетерпением согласилась я.
- Иди, иди, - рассмеялась она. – Не делай из меня врага народа за то, что задерживаю тебя. Спокойной ночи.
- И тебе.

Знаете, бывает такое ощущение, будто просыпаешься во сне. Чувствую страх. Животный ужас пробирается по венам, сковывая холодом горячую кровь, покалывает иголками по коже. Ненавижу иголки. Ненавижу холод.
- Ч-что это? – вместе со словами изо рта вырвался пар.
- Это забытая реальность, - неожиданно прозвучал тихий голос.
- Я и не думала, что мне ответят, - вскинув голову, выдала я. – Почему тогда я здесь?
- Это судьба. Разве ты не помнишь меня?
Голос был знаком, но где я его слышала - не помню. В голове будто стоял туман, мешая думать, голову раскалывало на части, сдавливало стальными обручами.
- Нет… - простонала я, массируя виски руками, боль будто уходила, но потом возвращалась вновь. – Да что же это… Покажись!
Она стояла всего в нескольких шагах от меня. Та самая ведунья, что даровала мне судьбу. За спиной у нее были все те же фиолетовые крылья, так сильно привлекшие мое внимание с первой нашей встречи. С ее появлением вокруг стало гораздо теплее, а мне – спокойнее.
- Ты…
- У меня мало времени. Даже в этой реальности я не могу находиться слишком долго, - перебила она меня. – Тебе понравился мой подарок?
- Какой?
- Этот, - она прищелкнула пальцами и передо мной появилась… Муза.
- Так что? Нравится? – поторопила меня ведунья.
- Что именно мне должно нравиться? – медленно спросила я, отводя глаза.
- Подарок.
- Человек не может быть подарком! Он не вещь.
- Конечно-конечно. Ты просто неправильно меня поняла. Но в твоем случае это действительно подарок. Подарок…
- Да мне плевать, что вы думаете!
- …Судьбы, если хочешь, - закончила она.
- Я не хочу ни во что это верить! Нет ни судьбы, нет Бога. Нет ничего, что могло бы лишить человека выбора. Я не хочу в такое верить. Человека нельзя просто спихнуть первому попавшемуся и все… это неправильно.
- Каждому нужно во что-то верить, - медленно проговорила ведунья. – Тебе же придется поверить в Судьбу. Если хочешь даже в Музу. Пойми ты, раз она твоя судьба, ты не сможешь уйти от нее. Где бы ты не находилась она найдет тебя, Рок все равно свершится, независимо от того, желаете вы этого или нет.
- Вы же сами нас друг на друга навели. Зачем, зачем?... – кожей чувствовать, что она права. Найдет. Ненавижу. На глазах появились злые слезы. За что мне это все? Я нахожусь сейчас между двумя огнями: с одной стороны Муза, та, за которой я теперь могу идти хоть на край света, а с другой – именно тот, Рок, та Судьба, которую я отрицаю, но теперь не имею возможности в нее не верить.
На плечо легла мягкая рука, от взмахов крыльев обдало легким ветром:
- Не убивайся. Тебя саму тянет к ней, рано или поздно вы бы все равно встретились, даже не сделай я этого раньше. Я лишь хотела помочь, желая, чтобы вы оказались рядом как можно скорее и провели вместе намного больше времени. И запомни: она твоя, а ты ее. Что бы ни говорили, какие бы поступки не совершали. А теперь, прощай.
- Что? – я резко вскинула голову. – Нет. Куда ты? Объясни!...
- Прости, - силуэт ведуньи медленно таял. - Я не могу находится здесь дольше. Возможно, мы еще увидимся.
- Стой! У нас же просто нет выбора!...
- Прощай… - прошептало последнее эхо. Я осталась одна.
- Нет!

- Эй проснись! Проснись, Хена!
Я застонала и открыла глаза:
- Что? Что произошло?
- Ты кричала во сне, - Муза вздохнула и убрала прядь волос с лица. – тебе приснился кошмар?
- Нет, не совсем… - прошептала я, пытаясь разглядеть ее лицо в полумраке. – который час?
- Полтретьего ночи.
Непослушная прядка вновь упала на лицо и я, не успев даже подумать, что делаю, убрала ее, и замерла. Она вздрогнула, но не отодвинулась. Сегодня днем я сделала тоже самое. Ее реакция меня шокировала: она сказала, что никому не позволяет касаться ее. Никому. Но теперь только мне.
А сейчас… мягкий шелк ее волос буквально свел меня с ума. По коже безумно захотелось провести губами…
Нет. Я не могла зайти далеко. Не могла. Нельзя. Нужно остановить себя пока не поздно. Почему она не сопротивляется сейчас, когда я беру ее за подбородок и медленно тяну к себе. Почему? Почему ее глаза полны такого же желания и… удивления? Я не могу больше сопротивляться.
Осторожно коснуться ее губ своими, заглянуть в удивленные глаза. Медленно, мучительно провести языком по нижней губе, заставляя ее раскрыться, и все вопросы исчезнут из головы, будто их там не было. Сейчас останется только наслаждение мягкостью ее губ и податливости тела. Только ее стоны и ответы на мои ласки. Только наша любовь, если я не прошу ничего слишком многого. И ничего больше. Ничего…

Пусть Судьба. Пусть подарок. Все, что угодно, но с тобой. С тобой рядом ощущаю себя огненной бабочкой с пламенными крыльями, а ты для меня – ледяная, холодная, остужаешь и… греешь любовью, лаской. Нашли друг друга. Две бабочки. Даже если жизнь коротка, но вместе мы найдем способ ее продлить. Даже в полной темноте. Ради тебя сделаю все, что угодно. Ради тебя я отдам единственное, что любила раньше – свободу. Я даже не понимаю, что со мной. Просто знаю, что мне будет нравиться, слегка улыбаясь, легко касаться ее губ своими, будто пытаясь поцеловать. А потом, когда она призывно посмотрит на меня, смеясь отвернуться, задев ее лицо кончиками волос. Повернуться, увидеть ее обиженное лицо. Целовать ее, так, чтоб обида исчезла, и осталась лишь сладость ее губ и весеннее солнце.
Я ничего не делаю. Просто играю с ней. Просто ловлю ее взгляд. Просто… люблю.

© любое использование материалов без разрешения и указания имени автора - запрещено.