Нет, она не феникс,
Чтобы с пепла возродиться
И на свет этот
Снова явится.

Но она та, что каждый раз вновь
Душу свою из осколков собирает.
И в мир маску веселья надевает.

Но с каждым разом
Всё труднее и труднее становится
Держать себя в руках, грусть прятать
И эмоциям сбоя не давать.

Ведь уже чувства на грани взрыва,
Но эмоций ноль.
Она чувствует,
Что себя теряет.

И нет пути обратно,
И только дорога вперед лежит,
Но увы...
И это всё инвариантно.

Нет больше той девчонки наивной,
Что всем помогала и верила!
А родился образ новый, девушки юной,
Что взглядом убивает
И сердце ее «доброе» больше не тает!

Образ ее — жестокий
И никому не подвластный.
Дикой кошкой она стала, 
Которой планета еще не видала.

Но при этом она жизнь даром считает.
Но общество с ненавистью презирает.
И пофигизм ей в помощь всегда придет.
С девизом:»Прорвусь! Бывало и похуже!» - улыбку надев, она идет!

Бездействие бессмысленно и вредно.

Встань, человек, усталость отведи.

И, с мужеством, которое победно.

Влечет к борьбе, вослед за мной иди,

Покуда не иссякла сила в теле,

Туда, где ждёт награда впереди.

Я как ангел с небес падал камнем на дно,

Вы ломали мне крылья, я смеялся в лицо.

В жизни нету героев, в жизни нету подонков,

Я РАЗБИВАЮ ЛЮБОВЬ и отрекаюсь от осколков.

Я бежал от себя, говорил всё довольно,

Из ран лилось вино, но мне было не больно.

Я лишился всех чувств, не порочен и чист,

Нарисуйте мне КРЫЛЬЯ я для вас чистый лист.

Он говорил, что любит многих женщин,

И что не может ей принадлежать...

Что он свободен, очень переменчив,

Не стоит его ждать и ревновать...

Она смотрела вдаль... Не отвечала…

Лишь сигаретный дым клубил в окно,

И улыбалась, словно вспоминала,

Что где-то это слышала в кино...

А он сказал: "Ты нравишься мне, детка!

Давай побудем вместе пару дней...

Ты, правда, не блондинка, а брюнетка,

И я люблю - немного похудей..."

Она спокойно затушила сигарету,

К нему прижалась, сильно обняла...

В глаза взглянула, привыкая к цвету,

Добавив поцелуями тепла...

Он понял, что она не возражает:

"Наверно, многих знала ты мужчин. -

Добавил, - А твой запах возбуждает!

И гибкая ты, словно пластилин..."

А, уходя, сказал: "Все было мило!

Пусть это будет только тэт-а-тэт..."

Предупредил, сама чтоб не звонила:

"Я сам перезвоню тебе! Привет!"

Ты знаешь, что есть боль? – Навряд ли, детка.
Она – совсем не тот сопливый бред,
Что ты несёшь, смакуя сигаретку, 
О том, как больно жить в семнадцать лет. 

Ты отвлекись, "дожуй" свою корицу...
Теперь представь – серьёзно, не шутя:
Рассвет в окне. Обычная больница.
Мать нежно гладит бедное дитя.

Лежит ребёнок в капельницах, в трубках.
В прозрачных пальцах будто крови – ноль.
И в их глазах, и в детских сжатых губках 
Немая скорбь. Вот это, детка, боль!

Допей свой кофе и не морщи носик,
А глянь в окно: ненужный никому, 
Стоит старик в отрепьях, робко просит 
Чтоб кто-нибудь подал на хлеб ему. 

Совсем один. Где дом? Где дети, внуки?
Лишь рассказать о том ему позволь -
И ты услышишь в каждом слове, звуке
Такую боль... Такую, детка, боль!

Примеров масса. Не теряй из виду.
Они, как жизнь - просты и без затей.
Представь, солдат вернулся инвалидом...
Представь себя на месте тех людей.

Им хоть чуть-чуть, хоть каплю той удачи,
Что у тебя в судьбе «наперевес»...

Так не стони: «Как больно!», если мальчик
Не шлёт тебе со «чмоки» эсэмэс.

© Юлия Вихарева

Здравствуй, папа, родной... как ты там?..
Самый любящий в мире мужчина..
Знаешь, если года посчитать,
У тебя сейчас были б морщины...

Я бы их целовала шутя
Или ныла в рукав, когда плохо.
Ты шепнул бы, что годы летят,
Только я всё такая ж дурёха...

Ты мне сниться совсем перестал.
Не приходишь - скажи мне, так надо?
С ливнем весточку дай - как ты там?.. -
Я ей буду отчаянно рада.

Я тебе расскажу, как живу,
Что пишу, с кем не жду больше встречу...
И что еле держусь на плаву,
Всё надеясь, что `время залечит`.

А оно мерно тикает в такт,
Долго шьёт оно швы - не для слабых.
Знаешь, если года посчитать...
Седина тебе очень пошла бы...

Ксеня Забкова

пап, ты же знаешь, я не плохая,
я не пью, не курю траву.
ты же знаешь, твоя дочь не такая,
не такая как толпы дур.
пап, ты можешь мною гордиться.
обещаю, что в люди пробьюсь.
но порой так хочу напиться,
знаешь, пап, для тебя воздержусь.
твоя дочка взрослеть начинает.
папа, ты веришь мне?
твоя дочь уехать мечтает.
рано? очень. и спора нет.
ты же будешь скучать по девчонке,
что носилась по дому вечно,
той, что портила все обои,
когда маленькой делать нечего.
той, что редко играла в куклы,
а ещё порулить мечтала,
помогала маме на кухне -
еле-еле салат нарезала.
ты скучаешь по ней.
знаю-знаю
и бывает я тоже порой,
по девчонке той очень скучаю,
той, что часто играла с тобой.

Живут такие человечки на земле... 
Завистливые, вредные скотинки... 
Купаясь сами по уши в дерьме... 
Пытаются в другом рассматривать пылинки!

Мне повезло родиться дамой,
Поклон за это моей маме.
Могу быть славной оптимисткой,
А по субботам - пофигисткой.
Порой бываю я коварной,
Могу немного быть упрямой.
Совсем чуть-чуть, невидно даже,
Я знаю-знаю, это важно!
Могу быть бесконечно милой,
А иногда, лишь суетливой.
Могут быть белой и пушистой
И от духов – слегка душистой.
Могу бы дерзкой, с коготками,
Не лезли в душу, чтоб с ногами
Могу краснеть и строить глазки,
Шептать кому-то ночью сказки.
Могу послушной быть и тихой,
Могу исполнить чью-то прихоть.
Как все могу быть иль графиня,
Но одному – всегда богиня!

© Акмалова Анна