поколение "Next" оставляет царапины на виниле,
говоря обо всем философском, но не конкретно.
марсиане снимают короткий метр о нашем мире,
только он получается вялым и бессюжетным.
и ты снова уйдешь, как две тысячи раз до этого.
бросишь в мусор улыбку измятым фальшивым фантиком.
зимним вечером счастье раскрашено в фиолетовый -
цвет молчания. безразличия. (и романтики?)
ну, в общем, был у меня знакомый - типичный демон, что ни на есть:
стальной характер, в глазах истома, захоронённая им же честь, броня с три пальца на жестком сердце, что ни пробить, ни свести к нулю,
и мне казалось, что он согреться был очень рад бы, да вот табу.
он обещает ей (той самой, только не той) сад, полный любимых цветов, говорит, я не знаю, но мы так похожи.
странно, теперь твой ход,
твоя очередь
вроде же.
ведь так не поступают с другом.
она теперь вступает в драку
за черствый хлеб и теплый угол.
вот допустим, ему шесть, ему подарили новенький самокат. практически взрослый мальчик, талантлив и языкат. он носится по универмагу, не разворачивая подарочной бумаги, и всех вокруг задевает своим крылом. пока какая-то тетя с мешками по пять кило не возьмет его за плечи, не повернет лицом, и не скажет надрывным голосом с хрипотцой : "дружок, не путайся под ногами, а то ведь в ушах звенит"; он опускает голову, царапает "извини" и выходит. его никогда еще не ругали.
никто не сумеет увидеть тебя настоящим,
масштаб твоих внутренних войн не дано оценить
стоящим снаружи, пусть даже и рядом стоящим,
и в ногу идущим, и в голос поющим. не быть
я бежал от того, что меня же всегда спасало,
я бежал через дебри. не к звёздам, а к пустоте.
сторонился людей, но боялся, что станет мало
их вокруг меня вдруг. приходили же вновь не те.
видишь, сколько лживости в этих лицах? им известно кто, почему и как.
им по рангу велено ныть и злиться, опускаясь к детскому "сам дурак".
видишь, сколько ненависти и злости? им никто не важен, никто не мил.
знай, тебе сперва перемоют кости, а споткнешься - "я ж тебе говорил..."
