Мы хотели расширить сознание, получалось — только зрачки,
Наконец мы достигли Знания, сохранив свой разум. Почти.
Это, всё же, чертовски весело, излучать собой Черный Свет:
Стихами, картинами, песнями — возвещать о том, что нас нет...

Конец света? Вы шутите? Оглянитесь вокруг, на эти армии одиноких людей в наушниках, закрытых в себе, не имеющих ни родных ни друзей. Посмотрите на толпы людей, которые идут по головам ради своей выгоды. На этих самодовольных мудил, у которых нет ни капли понимания к окружающим. На циничные толпы, которые ощетинились на весь мир, дабы спасти себя. Посмотрите на эти огромные города, где никому нет дела до соседа и которого заботит только личное благосостояние. У них нет друзей. У многих даже нет себя. Наконец, пересчитайте на пальцах тех, кто хочет быть лучше их всех, но в результате тонут в этой толпе. 

Такое не могло присниться и в кошмаре. Даже в антиутопиях люди держутся друг друга. Это общество прогнило. Ему уже не страшна вселенская катастрофа, потому что им нечего спасать

Просто однажды утром я проснулась и поняла, что все закончилось. Просто в один миг всё закончено. Тогда я впервые за прошедшие годы взяла сигарету... Но потом я обнаружила, что всё осталось так же: мир не перевернулся. Да и я не особо изменилась, просто стало сложнее дышать…

В последнее время я душевно прогниваю, умираю в бездне какой-то безысходности, собственной лжи, недостатка понимания, ласки.. хоть и отрицаю это. Все эти чувства смешались и как горб мешают мне нормально жить. 
С душевным уродством, как и с внешним, хочется сидеть взаперти. Что я, собственно, и делаю...

Ты ведь всегда чем-то недоволен, вечно что-то не так, даже когда всё очень хорошо складывается. То тебе общения не хватает, то твоего же обожаемого одиночества. А потом ты жалуешься, что людям не интересны твои проблемы. Может быть во всем виноваты не «они», а только ты сам?

Боюсь проснуться как-то утром и понять, что всё надоело, нет больше никаких целей и желаний. Это самое страшное, наверное, потерять интерес жить. От одной мысли о такой возможности мурашки по спине. Просто просыпаться утром, весь день без всякого энтузиазма делать что-то, потом приходить домой и так же безэмоционально засыпать. Я боюсь стать такой. Человеком без цели и веры. Я просто не протяну долго в таком темпе. В темпе эмоционально замороженного робота. Это не жизнь, это существование. Я боюсь потерять все те маленькие наигранные смыслы, которые я вкладываю в каждый день...

_______________________________________________________________

Зачем я храню свои старые записи и дневники? Теперь мне хотелось бы подойти к той маленькой и наивной девочке, которая это писала, и тихо сказать: "Не бойся. Это не так страшно. Вскоре ты это узнаешь. А пока... дыши полной грудью. Всё ещё впереди"...

Профессор стоит за кафедрой. На голове "классическая" шляпа с кисточкой. Он нелепо озирается по сторонам. Потом смотрит прямо в камеру, улыбается. Опускает глаза и, глядя в листик читает: "Здравствуйте. Сегодня мы поговорим про богатство нашего с вами языка. - кашляет. - Так вот, наверно, вам известно, что в русском языке всего..." - невнятный шёпот из-за камеры. "Профессор" отрывает взгляд от листка и глядя в камеру продолжает: "Скорее всего, вам известно, что в русском языке всего, - косится в листик, - тридцать три буквы." - самодовольно смотрит в камеру. После небольшой паузы, косясь в листик, продолжает: "Но они не всегда были в нашем алфавите. Многие пришли к нам ещё из старославянского языка, а некоторые совсем молодые. Самой молодой ещё не исполнилось 300 лет. - он

Ты уже не ждешь с нетерпением встречи, не ищешь повода вместе пойти домой. Ты отдаляешься. Иногда в тебе что-то просыпается... тоска по общению? Но сейчас гораздо важнее собственное спокойствие. Тебе нужна стабильность.
А стабильное у тебя только одиночество.

Вот и к нам, кажется, начала приходить весна. Первые лужи, первая слякоть, наутро превращающаяся в гололёд. Люди переодеваются в более лёгкие куртки (хотя, по-моему, всё же рано). Школьники и студенты перестают учиться и лишь с нетерпением ждут, когда же учителя закончат втирать им знания. Люди встречаются, влюбляются, ждут тёплого лета у моря...

А мне грустно. Грустно, что уходит зима (пусть она ушла ещё не совсем, да и вернётся уже скоро), грустно, что вот-вот закончится моя размеренная жизнь, и начнётся другая, из старого, давно позабытого сна. Но, как бы то ни было, есть полное ощущение того, что я впадаю в спячку. Но не как нормальные Ёжики в гибернацию, а как житель пустыни в эстивацию. Как-то это всё крайне неверно, но не хочется это исправлять. Это мой жизненный цикл. А осенью я снова проснусь, и буду наслаждаться зимой...

Ёжики не всегда колючи. Порой им хочется быть ближе к людям, но они забывают про то, что при малейшем прикосновении иголки больно впиваются им под кожу, что уж и говорить про трогающего. И если Ёжик уже неоднократно чувствовал это и готов терпеть, то трогающий непременно отшатнётся, и вряд ли подойдёт когда-нибудь ещё, боясь уколоться. Поэтому Ёжикам и остаётся коротать бесконечно длинные вечера наедине с собой, попивая кофе, в ожидании того, кто не отдёрнет руку, лишь слегка погладив...