Здравствуйте, мои родные и драгоценные читатели! Вы же драгоценные же ж?
Представляю вам новую серию невероятных приключений четырёх балбесов в городе-герое Лунске. Сказка — ложь, да в ней намёк, добрым молодцам, красным девицам, красным молодцам и добрым девицам — урок. Как выглядит новогодняя показуха наркомана? Как Куратора подъё подкалывает жена? Какого слова нет в армии? Что делать со слетевшим видеодрайвером? Каким домкратом надо поднимать женскую самооценку? Под кого «копает» Магистр? Какой мордой назвал Куратор президента банка? Так много вопросов, и так мало ответов — но какие-то ответы найдены. И они — в этом посте.
****** 18+ *******
Dysclaimer В тексте встречаются или могут встретиться: обсценная лексика, якиманский чёрный юмор, неполиткорректные шутки, упоминания алкоголя, табака, психоактивных веществ, сексуальных перверсий и асоциального поведения. Все персонажи, места действия и события вымышлены, любое совпадение с реальными людьми, местами действия или событиями, произошедшими в прошлом либо в будущем, является случайным и непреднамеренным.
Продолжение. Предыдущая часть — ЗДЕСЬ, весь цикл Лунских рассказов — в моём Бложике™.
Кто работает по КЗоТ —
Тот работает за МРОТ.
народное
Кто работает по КЗоТ —
Тот работает на ZOG.
табличка в курилке Лунного Клуба «INFRAVIOLET»
А то, что мир — сумасшедший, так у меня в этом опыта больше, чем у любого мира.
Самойлов Г. Р., в говнецо
СОДЕРЖАНИЕ
I. Дела банкирские
II. Клавиатуры
III. Кто владеет информацией
I. Дела банкирские
Приехали на Базу. Куратор почти сразу ушёл в гостевую комнату спать. Мы немножко посидели на кухне, попили-покурили, да и тоже разбрелись по комнатам. Сергей Спина играл в контрстрайк, Андрей Град смотрел фильмы. Я же смотрел интересные видео, курил ментоловые сигаретки, пил быдлококтейль и просто радовался наступающему вечеру. Если мы не бухали, то вечера обычно именно так и проходили. Впрочем, по-хорошему, щемил только Куратор, а мы время от времени пересекались на кухне — просто так, дабы друг от друга не отвыкнуть. Андрей Град с пивком, Сергей Спина — то с пивком, то с быдлококтейлем, я — только с быдлококтейлем, ибо не люблю пиво. Пересеклись, попили-покурили-попиздели — и опять разошлись по комнатам.
Обратил внимание, что если включать музыку вот чисто для фона — у меня лучше всего идут Милен Фармер и Derniere Volonte. Лучший лаунж, что можно только представить. Под такую музыку очень клёво читать, да и писать тоже: французский я на слух понимаю хреново, поэтому не отвлекает, но звучит. Миленка вообще отлично идёт под вечер с ноутбуком, DV слегка нудноваты.
Как-то грустновато стало: у французов — Милен Фармер, а у нас — «бабушка по имени Хочу». Разница как между той эротикой, которая на проносайтах идёт со словом «sensual», и вульгарным низкопробным русскоязычным проном 1990-х в исполнении актёров средней степени подпитости и помятости.
А следующим утром мы вчетвером снова ехали по Лунску в нашем верном фургончике. Сегодня мы ехали в главный офис Лунского Кредитного Банка (с надгробием на логотипе) — получать новые зарплатные карты.
— У них как-то случай такой был, — сказал Куратор, — На Новый Год рекламщики сняли поздравительный ролик с президентом банка в главной роли. Там президент... с такой, интересной фамилией, кстати... Блядь... Рулон?.. Книга?.. Свиток?.. Пергамент?.. Папирус?.. Блядь, не помню. Короче! Он там пиздел по телефону. Ну, обычный такой офисный телефон — не Авайя, так Циско. Пиздел, значит. Поздравлял с Новым Годом. Самое примечательное — по вообще никуда не подключённому телефону.
— ЛОЛ! — заржал Сергей Спина.
— У них там вообще интересно, — хихикнул Куратор, — То компьютерщик от не хуя делать плетёт огромную паутину из проволочек, то главный безопасник в лифте застрянет во время учебной пожарной тревоги... В общем, вот так, с шутками и прибаутками и банкуют. [Магистр] знал, какой банк зарплатным выбрать. Он ещё на их закрытую группу подписался и теперь время от времени скидывает тамошние перлы. Вообще, я бы на месте банковских безопасников озаботился этой группой — они на моей памяти уже несколько коммерческих тайн туда слили.
— Например? — Сергей Спина заинтересовался.
— Ну, например, — Куратор углубился в мобилу, — Например. Цитата: «Мы изначально знали, что тендер по условиям предоставляемого кредита мы выиграем. Потому что Юрий, считай, будет кредитовать сам себя. Чтоб я так жил.» Конец цитаты.
— Ой, а можно подумать, кто-то верит в существование банкиров с ангельскими крылышками, — усмехнулся я.
— Банки по такому поводу промывают мозг персоналу, — сказал Куратор, — Типа, «миссия банка». Вот какая у банка может быть миссия?
— Банк — это коммерческое предприятие, созданное для получения прибыли его создателями, — сказал я, — Поэтому единственной его миссией может быть получение прибыли.
— Вот-вот, — кивнул Куратор, — Однако, придумывают. «Миссия банка заключается в том, чтобы помогать людям приобретать нужные им товары, а излишки прибыли — пускать в благотворительный фонд помощи пушистым зайчикам». Это миссия того банка, куда мы щас едем, кстати, и я её не слишком сильно переврал. И это ещё и у сотрудников спрашивают, блядь. Идёшь ты такой по своим делам — а тут на тебя из-за угла выскакивают рекламщик и безопасник. И грозно так спрашивают, светя в глаза фонариком с мобилы: признавайся, какая миссия у нашего банка? Маразматики, блядь. А всё почему? Потому что слишком до хуя лишних людей в организации, раз есть ресурсы страдать такой хуйнёй.
Рядом со входом в операционный зал стояла фанерная фигура президента банка, указывающая рукой на вход.
— Уууу! — Куратор сделал фанерному банкиру «козу», — Буржуйская морда, блядь!
Мы довольно быстро получили наши зарплатные карты, и Куратор предложил перекурить в курилке для сотрудников Банка. Пока мы туда шли, мне бросился в глаза зелёный джип — просто до жути знакомого оттенка зелёного. Я стал лихорадочно вспоминать, где же я мог его видеть, что он мне так резко показался столь знакомым.
— ...вообще охуенно удобно, — сквозь размышления до меня донёсся голос Куратора, и я понял, что Куратор рассказывал какую-то очередную байку, а я всё пропустил. Я попросил повторить.
— Говорю, охуенно удобно — по условиям нашего зарплатного проекта мы можем снимать деньги в любом банкомате без комисии — комиссию платит банк.
— А, да.., — я продолжал напряжённо думать, глядя на всё тот же зелёный джип метрах в двадцати от меня. Из здания банка, из главного входа, вышел мужик и направился к джипу. Что-то оттуда взял и, на ходу закуривая, пошёл в сторону курилки. Что-то было в этом мужике знакомое. Мужик, дойдя до нас, видимо, озадачился похожим вопросом, ибо точно так же уставился на меня.
— Мы, по-моему, где-то встречались? — наконец спросил мужик.
— Мне тоже так кажется, — ответил я, внимательно рассматривая мужика.
— Ээээ... Саша, так? — спросил мужик.
Копать-копать. Человек по фамилии Ка... а, ладно, пусть будет просто Александр. Когда-то, во времена староглиняные, мы с ним работали в одном банке (тоже с надгробием на лого), правда, на неслабо разных должностях: я был простым эникейщиком, а он — аж начальником управления технической поддержки. В ЛКБ он занимался тем же самым.
Я представил Александра нашей команде. Александр оказался люциферианином (в отличие от нас — селенитов), но всё равно предложил пройти в его кабинет тяпнуть за знакомство. Мы от выпивки обычно не отказывались, так что пошли.
— Блядь, духи заебали ноуты ломать! — негодовал Александр. «Духами» он нежно называл кредитных специалистов банка, ошивающихся в торговых центрах и предлагающих совершить покупку в кредит. Каждую неделю два-три ноута стабильно приходили на ремонт — то экран треснул, то клавиатура залита кофием, то просто батарея сдохла. В соответствии с новыми веяниями времени было решено потихоньку переводить их на планшеты — и дешевле, и практичнее.
У Александра не было отдельного кабинета — он сидел в одном помещении с локальной технической поддержкой, разве что за самым дальним столом. В помещении сидел один парнишка в серой в полосочку рубашке, и у него на плечах лежали погоны прапорщика инженерных войск.
— Товарищ прапорщик? — не удержался я.
— А, — вернулся в реальность парнишка, представившийся Валерой, — Это коллега подогнал. Типа, я как прапор.
— Типа, такой же мозгоёб, — взбугагнул Александр, — Коньяк будешь?
— Буду! — Валера залез в тумбочку и извлёк пластиковую рюмку на ножке.
Налили, выпили. Александр достал вазочку с шоколадными конфетами.
— А вы, значит, селенитствуете вовсю, — задумчиво произнёс Александр, — А к нам, в «Этуаль дю матэн», в последнее время всякие готы зачастили с гастролями...
В комнату зашёл мужик в классических брюках и белой рубашке с закатанными рукавами.
— О, Максим Эдуардович! — воскликнул Александр, — Давай, приобщайся!
«Эдуардович... Да и так видно, что не Ярославович», — хотел было сказать я, но сдержался.
Попили, закусили шоколадными конфетками и засобирались уходить. Александр попросил меня задержаться на пару минут.
— Подождите меня в фургончике! — я махнул рукой, — Я ща...
— Саш, как насчёт побухать вдвоём? — спросил Александр, — Ну, я имею в виду, сегодня после работы, например?
— Я не против, — ответил я, — Только мы щас хуй знает, куда направимся; ты во сколько хочешь?
— Ну, я мог бы за тобой заехать, например, часов в семь вечера. Тебе как?
— А давай. Я, скорее всего, тут буду, — я назвал адрес Базы, и Александр погрузился в мобилу.
— О, ништяк. Как раз по пути, — сказал Александр, — Ну, давай, договорились тогда.
Мы также обменялись телефонными номерами. Попрощавшись со всеми присутствовавшими, я пошёл к выходу. Уже в фургончике я сообщил парням, что вечером буду бухать со своим коллегой из прошлого.
— Давай-давай, — поддержал меня Куратор, — Никогда не знаешь, в какой из моментов твоё прошлое тебя снова настигнет, — Куратор многозначительно поднял палец, — Я вот так первую любовь случайно на автобусной остановке как-то встретил.
— И чего? — Сергей Спина заулыбался в ожидании интересных подробностей.
— Да ничего, я с женой был, — Куратор плюнул в открытое окно, — Жена ещё подъебала: знаешь, говорит, у тебя хороший вкус на баб — видно, что лет двадцать назад красивая была.
— Чё, постарела так? — спросил Сергей Спина.
— Да не сказать, чтобы прям постарела, — Куратор ностальгически улыбнулся, — Ясен хуй, что моложе не стала. Но довольно вдувабельна. Ну жена же не могла не подъебать, сам понимаешь, женщина же, — Куратор развёл руками, — Если женщина искренне говорит другой женщине комплименты, особенно, — Куратор опять поднял палец, — Особенно, по поводу внешности — можешь быть уверен: она её клеит.
— Это ментально красиво, как одна девушка клеит другую, — сказал я и почувствовал, как мой взгляд становится сальным и пошлым.
— Гы, — Куратор усмехнулся, — Мы с женой как-то в театр сходили. На Чехова, но не суть. Мы там по ходу спектакля колдырнули коньячку и пивка слегка, и к концу нам было совсем круто. В общем, блядь, культурно просветились, попиздовали домой. Блядь, вот пожалел денег на такси, поехали на автобусе. [Жена] была то весёлая, то спокойная, а потом вдруг вскочила, подошла к какой-то девчонке и ущипнула её за жопу. И говорит ещё: девушка, блядь, вы такая красивая, а можно на вас голую посмотреть? — Куратор заржал, — Я её хватаю, оттаскиваю, говорю, мол, девушка, извините, мы перебрали слегка... Бля, эту девушку видеть надо было — хотя, я её понимаю, я бы тоже прихуел. Вот знаешь, — Куратор призадумался и замахал рукой, — Как одновременно смутилась, удивилась, и ей при этом смешно и стыдно. Вот как-то так.
— Так, так, — Сергей Спина внимательно слушал, — Ну, и чё дальше?
— Да ничё, — Куратор опять заржал, — Пару минут спокойно посидела — и опять к этой девушке попёрлась. Девушка, говорит, у меня язык проколот. Хихикает и подмигивает, бля, — Куратору стало ещё смешнее, — На ближайшей остановке сошли. Поймал такси, доехали — хуй с ними, с деньгами — пятьсот рублей отдал. Но обычно она как-то старается себя в руках держать.
— Нехуй было коньяк с пивом мешать, — сказал Андрей Град.
— А вот скорее всего, — Куратор закурил, — Ну да и ладно.
— Ты жену не ревнуешь к девушкам? — спросил Сергей Спина.
— Ревновать девушку к девушке — это, наверное, самое глупое, что только можно придумать, — Куратор выдул тонкую струйку дыма, — Пусть себе балуются. На втором десятке лет брака, знаете ли, острота чувств уже давно не та. А недоёбанная женщина может быть опасна и для окружающих, и для себя. Так что мне действительно повезло с женой, что ей ещё и девушки нравятся — это ещё и практично. Охуенно практично.
— Была у меня одна девушка, — я тоже подался в воспоминания, — Во всём охуенна, но эта охуенность компенсировалась просто неебической ревностью, — я тоже закурил, — У нас на работе списали партию серверов, мне от них обломилось два терабайтных харда. Придя домой, я узнал, что я эти харды «нализал», — я усмехнулся, — Блядь, и ведь она реально не шутила!.. С одной стороны — лестная оценка меня, но с другой — это как-то подзаёбывает, когда по каждому поводу. Но самым эпическим случаем ревности была ревность к руке...
— Уууу, — перебил Куратор, — Ревность к руке — это всё, пиздец, — Куратор «застрелился» из пальца, — Там самооценку домкратом поднимать надо. Стремительным.
II. Клавиатуры
Мы вернулись обратно на Базу. Сегодня больше никаких дел не было, и мы слегка расслабились. Мне было всё лениво, и я, пропустив с ребятами несколько рюмочек водочки, ушёл в свою комнату спать. Проснулся я от телефонного звонка. Звонил Александр.
— Здорово, — сказал Александр, — Я уже работу закончил, щас выезжаю.
— Ну, давай, жду, — сказал я. Александр отключился, а я пошёл к холодильнику, взял банку быдлококтейля и вернулся в комнату. Опять погрузился в ленту новостей. Очень рукопожатный новостной паблик с фиолетовым лого опубликовал новость: военные на учениях перепутали холостые и боевые снаряды и слегка подрасхерачили одну деревушку. Комментарии представляли собой лютую жесть. «Так им и надо», «агенты самизнаетекого», «у каждой ошибки есть фамилия, имя и отчество», «в армии нет слова „украли“» и прочий трэш. Я, грешным делом, тоже присоединился к этой феерии и потроллил нескольких особо бомбящих персонажей. Школоло тоже красиво пригорает, но это слишком просто. Тоньше надо.
Александр прибыл. Я попрощался с боевыми товарищами и отчалил.
— Как раз по пути в магазин заехал, — Александр показал большим пальцем себе за спину. На заднем сидении его джипа уютно расположились несколько больших пакетов из супермаркета, — Вискарик там, блядь, кола, чипсы, сыр копчёный... Заебись, в общем.
Александр включил радио. Он любил слушать всякий трансик, и я не могу сказать, что это плохо — вполне норм. Из всех жанров музыки я не люблю разве что рэп и блатняк. А трансик — сам по себе очень даже хорош.
— «Фен» будешь? — спросил Александр, когда мы обосновались за столом.
— Чего? — я не догнал.
— «Скорость» будешь, говорю? — Александр достал откуда-то белый порошок в небольшом пакетике и аккуратно насыпал его на глянцевый журнал.
— Ааа, не, спасибо, — я её как-то действительно не любил. Не моё это. Сидишь, тупишь, и ни пожрать, ни поспать, ни бухнуть. Неинтересно. Правда, я встречал людей, которые под этим даже трахаются — но это какие-то особые люди, наверное.
— Ну, как хочешь, — Александр раскатал дорожку, достал коктейльную трубочку, отрезал от неё половину и применил. Затем он откинулся на спинку стула, задрав голову вверх, и сделал глубокий вдох.
— О, охуенно! — Александр быстро-быстро почесал нос, — Так, ну чё, давай бухать! — Александр налил в оба стакана вискарь, а я налил колу. Я пил 1:4 (поначалу, по крайней мере), Александр же сразу начал с 1:3.
— Слух', — обратился я к Александру, — Я тут видел видео, как ваш начальник техподдержки буянил и громил офис. Твой же подчинённый?
— Ах, да, — Александр засмеялся, — Я ему как-то немного отсыпал, и когда его начало отпускать, у него пригорел пердак. Сам по себе пригорел.
Я заинтересованно слушал.
— У «скорости» хуёвые отхода в этом плане, — продолжал Александр, — Всё бесит, блядь! Я не знаю, из-за чего от так на инженеров взъелся, но, блядь, когда они его в Анрил обыграли, там у него самый пик отходов был. Ну, мы его решили не наказывать, только премии лишили. Ну и из зарплаты вычли стоимость разгромленного.
Наверное, хорошо, что я сегодня не видел начальника техподдержки, когда мы были в банке. Я не знаю, как бы я на него смог смотреть без «ха-ха». Я думаю, не смог бы.
— Саш, мне тут нужна пара редкостей, — сказал Александр и сделал глоток, — Я нигде не могу их найти. Блядь, вот вообще нигде — Александр развёл руками вокруг, — Может, ты знаешь, где можно достать клавиатуру от финансового терминала «Бульберг», клавиатуру «Спэйс Кадет» и швейцарскую клаву под одну руку сувенирной серии 2002 года?
— А тебе зачем столько клавиатур?
— Я коллекционирую клавиатуры, — как будто смущённо сказал Александр, — Хобби у меня такое... Так чё, ты не знаешь, где можно было бы их купить? Деньги — не вопрос.
— Про «Спэйс Кадет» и «для одной руки» ничего не скажу, — я почесал затылок, — Но, по случайному совпадению, у меня есть знакомая девушка, у которой, теоретически, может оказаться на продажу клава от терминала. Ща, с ней перетру...
Я набрал айтишницу Машу.
— Алло, Маш, привет! — сказал я, — Тут одному хорошему человеку нужна клава от финансового терминала «Бульберг». У тебя есть свободные?
— Пошукаем, — ответила Маша, — Если хороший человек при деньгах, я думаю, у него прямо завтра эта клава будет.
— Можно ему дать твой номер? — спросил я.
— Ну, давай, — сказала Маша.
— Зовут Александр, — сказал я, — Ща, он тебя наберёт.
Александр набрал Машу и вышел из комнаты. Я подлил себе и ему вискарика и колы и погрузился в чтение новостной ленты. Тема о горе-вояках, перепутавших холостые и боевые снаряды, была темой дня, и комментарии (где они были открыты) откровенно жгли. Зачитавшись комментариями, я даже не заметил, как Александр вернулся.
— Отлично! — Александр сиял, — Тридцать тысяч за такую крутую клаву — хуйня! Завтра к ней на работу заеду, возьму...
«А Маша прям чувствует, с кого можно побольше содрать», — подумал я.
Александр снова вышел из комнаты и вернулся с плоской коробкой.
— Гордость моей коллекции! — торжественно провозгласил Александр, — В одну восточную страну когда-то были поставлены компы. Потом их через десять лет списали. И клавиатура с той партии в итоге попала ко мне. Блядь, почти лимон рубасов отдал.
— А было хоть, за что? — засомневался я. Хотя, если человек говорит про гордость коллекции, наверное, оно того стоило.
Александр аккуратно открыл коробку и достал клавиатуру. Это впечатляло. Деревянный корпус и окрашенные в золотой цвет клавиши с тиснёными и чернёными буквами латиницы. Там, где обычно помещается логотип производителя, золотой краской было изображено мордастое солнце, и серебряный полумесяцем с лицом — на переднем плане. И надпись:
SUN C. MOON, INC.
hand made
— Таких клавиатур в мире всего семь штук, — с гордостью сказал Александр, — Топ-менеджерам поставили семь таких компов. Потом их списали, продали, ещё несколько раз продали — и в итоге она у меня, — Александр любовался клавиатурой, — Правда, один чувак из Америки круче — он полностью такое рабочее место собрал. Системник, моник, клава и мышь. По деньгам, правда, хорошо поиздержался — на наши деньги, где-то с однушку на Остоженке. Ну, у богатых свои причуды, — Александр махнул рукой.
В три часа ночи мы легли спать. Александр положил меня в гостиной, сам же лёг в маленькой комнате. С утра он обещал подбросить меня до Лунного Клуба, так что заебись. Правда, меня смущало, что он ещё с широкими зрачками будет завтра с утра. Александр предусмотрел и это, надев слегка затемнённые очки.
— Нормалёк, так не видно, — сказал он.
— Блядь, да хуй с ним, видно — не видно, — сказал я, — Ты машину-то вести сможешь?
— А чё её там вести? — удивился Александр, — Блядь, Саш, ты реально думаешь, что я так никогда не делал?
— Да стрёмно как-то, — я ещё немного поломался, но в итоге сел на переднее место, пристегнулся и открыл банку быдлококтейля. С бухими водителями я уже катался, но с упоротыми — это был первый раз. Мне было страшно, и я пил большими глотками.
Боялся я совершенно напрасно — мы довольно быстро доехали до Лунного Клуба. Куратор и компания ещё не приехали, так что я бросил сумку на рабочем месте и отправился в буфет за хавчиком. Чего же мне для полного счастья надо было заточить? Из всего ассортимента я любил только слойки с сосисками (иногда вместо них были просто сосиски в тесте) и венгерские ватрушки, но я долго не раздумывал и взял четыре слойки с сосиской. Были бы сосиски в тесте, к ним стоило бы взять оливковый или перепелиный майонез — вещь! И есть у моего организма такое свойство: мне скучно читать без еды и неинтересно есть без чтения. Так что, конечно, полез читать — в этот раз интернет-издание о высоких технологиях.
— О! — Куратор и парни зашли в комнату, — Бон аппетит! Ну чё, как побухали?
— Да норм, спасибо, — я жевал слойку, — Он себе бульберговскую клаву хотел, я его с Машей свёл. Приколись, мужик коллекционирует клавиатуры! Он у меня ещё спрашивал про клаву «Спэйс Кадет»...
— У меня есть «Спэйс Кадет», — изумлённо сказал Куратор, — С переходником на USB и со специально написанными дровами... Блядь! Она уж хуй знает, сколько времени у нас на складе лежит, я уж и забыл про неё!.. За сколько он купил клаву от терминала?
— За тридцать, — сказал я.
— Значит, эту можно продать за полтинник, — Куратор удовлетворённо потёр ручки, — Такую щас всё равно хуй, где купишь даже за полтинник. Давай, звони мужику, говори — есть «Спэйс Кадет». Пускай вечером к нам на Базу заезжает — отдадим.
— Так, а деньги? — оживился Андрей Град, — Деньги как поделим?
— Блядь, не еби мозг, — отмахнулся Куратор, — Пятьдесят тысяч разделить на четыре равно двенадцать тысяч пятьсот. О, Саш, заодно скажи ему, чтобы так и привёз — чтобы можно было на четыре части разделить... Блядь! 8 купюр по 5000, 8 купюр по 1000, 4 купюры по 500! Если вообще привезёт всю сумму тысячами и пятихатками, будет ещё лучше, а то поди-ка разменяй, блядь, 5000 утром...
Александр заехал к нам на Базу, отдал деньги и долго-долго благодарил нас (а особенно — Куратора) за клавиатуру «Спэйс Кадет». Покурил пару сигарет, выпил несколько рюмочек водочки и уехал.
— Ну, клавиатуры коллекционировать — это, по крайней мере, оригинально, — сказал Куратор, — У нас в Клубе в закупках работает парнишка — так он джойстики собирает. Блядь, вот решительно все, по-моему, есть, даже из лимитированных серий.
— А чё, у нас где-то джойстик мог заваляться? — поинтересовался я. Мне кажется, в теории можно было бы ожидать.
— Да ты чё, откуда у нас джойстики? — ухмыльнулся Куратор, — Это клавиатуру я спиздил ещё со своей старой работы — как знал, что пригодится. А джойстик я в руках не держал... Нууу, хуууй знает... Лет пять точно.
— А у тебя на старой работе она откуда? — полюбопытствовал я. Мне действительно было интересно.
— А, в IT-департаменте когда-то работал один дедушка, — начал свой рассказ Куратор, — Он работал на разработке и поддержке одного очень специфического продукта, написанного целиком на ассемблере, от и до. Ну, его потому и держали до упора, что ассемблерщик «старой гвардии», а они умеют в ассемблер. И этот дедушка когда-то работал с такой лисп-машиной, от которой ему осталась клава. Дедушка был рукастый, сам, своими руками сварганил переходник на USB и написал дрова, чтобы все изъёбства с многочисленными шифтами поддерживались.
Куратор разлил водочку по рюмкам.
— Потом этого гениального кодера не стало, и про эту клавиатуру просто как-то забыли. А я не забыл, — Куратор хитро улыбнулся, — И я её спиздил, тем более, что она, один хуй, никому не нужна была. А мне она просто внешне понравилась. Правда, по сравнению с современными клавами, кнопки нажимаются трудновато, но можно придрочиться. Но я даже не думал, что она может полтинник стоить... Так выпьем же за кибернэтике! — торжественно закончил Куратор и, стукнув рюмку об наши, выпил и закусил огурчиком.
— А почему ты тогда уволился? — спросил Сергей Спина.
— Да я не уволился, — ответил Куратор, — Я тогда возглавлял отдел тестирования в одной IT-конторке. Потом эту конторку купил один крупный системный интегратор на три буквы, и они просто сократили несколько отделов, заменив их своими. Под раздачу попал и отдел тестирования.
Куратор закурил, мы его в этом поддержали. Куратор как будто о чём-то разностальгировался.
— Да просто призадумался чёт, — сказал Куратор, — А я как раз в последний год работы в той конторе стал членом Лунного Клуба «INFRAVIOLET». Ну, так, ходил раз или два в месяц на всякие культурные мероприятия. Концерт там какой, или просто литературный вечер. А когда меня сократили, я сначала подзабухал на недельку, а потом пришёл в Клуб, там концерт какой-то электронщины был. В курилке разговорились с [Магистром], ну и он такой, типа, ему как раз нужен помощник для некоторых дел, ну и трудоустроился. Несколько лет я так мотался по его поручениям на фургончике, потом подумал — надо бы и мне тоже помощников. [Магистр] долго не давал добро, а потом, в один прекрасный день, пишет такой: я смог выбить бюджет под твой проект, только людей сам ищи...
Я оглядел парней и обратил внимание, что и Сергей Спина, и Андрей Град как будто тоже погрузились в воспоминания о прошлом.
— ...У меня в моторе что-то стучало, — продолжал Куратор, — Я приехал в автосервис {«Лёлик & Петелькин»}, попросил посмотреть... Смотрю, а там вы бухаете, помните?
— Помним-помним, — усмехнулся Сергей Спина, — Ты ещё сходу нам предложил с тобой работать. Ну, как сходу — выпил рюмку и предложил!.. Что мне особенно понравилось — ты сразу сказал, что у шофёра двойной оклад.
— С тех пор прошло всего несколько лет, — сказал Куратор, — А наш эксперимент, кстати, уже признали удачным. Сейчас ещё две таких же компании пацанов, типа нас, катаются по Лунску по всяким деликатным поручениям. Правда, я не знаю, кто именно ими руководит. Не интересовался. Но не [Магистр] точно — у него только мы.
— Эх, ностальжЫ!.. — меня тоже как-то «расплюшевило» и «размишковило». Тоже вспомнил тот день, когда мы бухали с Лёликом и Петелькиным в автосервисе, и тут появляется Куратор с предложением работать с ним. Как щас помню — «да не ссыте, работа лёгкая, бухать можно». Возможно, последние два слова в этой фразе и стали той соломинкой, переломившей хребет верблюду наших сомнений. Правда, первое наше дело вышло «комом» — Сергей Спина случайно едва не переехал бабушку. Бабушка заверещала «милиция, помогите, убивают», прибежали менты, в общем, это стоило нам немало неприятных минут, а в итоге — пяти тысяч рублей бабушке и ещё столько же — ментам.
III. Кто владеет информацией
На следующий день Куратор выглядел крайне озадаченным:
— Сегодня едем в «Selenyte Consulting Russia», к Маше.
Куратор закурил и открыл пивко.
— Они заменили ноутбук генеральному директору — Маша мне написала, — продолжал Куратор, — [Магистр] «копает» под гендира Селенайта, и ему этот ноутбук точно пригодится. И они его нам отдадут за символическую двадцатку.
— Ну ооочень символическая сумма, ага, — скептично сказал я.
— Ну, вообще-то да, — Куратор сделал так пальчиком, — За ноутбук с локальной копией почтового ящика гендира такой крупной компании — это вообще копейки. Тем более, [Магистр] наверняка это компенсирует премиями. Поехали!
Сказано — сделано. И мы в нашем обычном порядке расселись в фургончик и поехали в «Селенайт». Фургончик вёл Сергей Спина, рядом с ним сидел Куратор. Позади Куратора сидел я, а позади Сергея Спины — Андрей Град с литрушечкой пива «Лунский меридиан». Куратор тоже пил пиво, плюс — положил про запас несколько бутылок в «бардачок».
По приезду Куратор достал свой «мультипаспорт» и пропустил по нему нас всех через турникеты. Ещё несколько минут — и мы на четвёртом этаже, в том крыле, где сидят компьютерщики. Маша была в комнатушке железячников.
— Привет, ребята! — Маша помахала нам рукой, — Мы тут серийник и инвентарник переклеиваем. И по бумагам вы заберёте списанный ноут с разбитым экраном. Денежку, кстати, давайте.
Куратор достал бумажник и, словно от себя оторвал, достал двадцать тысяч рублей и положил их на стол рядом с Машей.
— Да, спасибо, — Маша аккуратно приклеивала на корпус бумажку с серийным номером, — Готово. Пойдёмте в опен-спейс, мне ещё надо вам документы на вынос оформить.
— Чё, как сама? — спросил Куратор.
— Да нормально сама, — Маша присела за компутер, — Ваня тоже норм. Да, Вань? — Маша толкнула спящее на столе тело, тело вздрогнуло.
— Здорово, парни, — сказал сонный Иван, — Маша притащила ваш синий самогон на дегустацию, хорошая штука! — Иван явно был в говно, но он попытался поднять большой палец, — Бля, Маш, я пойду на склад покемарю, ладно? Если что — говори, на заявку ушёл.
— Давай-давай, спи, — Маша махнула рукой и засмеялась, — У нас сегодня спокойный день.
Маша достала из холодильника початую двухлитрушку колы, а из тумбочки литрушку шиваса. Маша опасалась пробовать самогон синего цвета, сделанный Куратором, и она опробовала его на своём заместителе Иване. Результат ей не очень понравился, и Маша обратилась к своей личной классике — 12-летний Шивас Регал с колой 1:4. Нас она, конечно, тоже угостила, да и остальные айтишники немного приобщились.
К айтишникам подошёл грустный мужичок с ноутбуком.
— Comrades, I do need your help, — грустно сказал мужичок, — My laptop... is... kaput.
— Let me see what's happened with your laptop, — сказала Маша, слегка отрыгнув после вискарика с колой, — What were you doing when it showed a bluescreen for a first time?
— I just opened a video, — мужичок взмахнул руками, — And it all has been gone!
Мне как-то стала неинтересна судьба дядиного ноутбука, и я отошёл к окну. Окно — от пола до потолка, вид открывался охуенный, хоть и всего с четвёртого этажа. Всё же потолки в офисных зданиях зачастую выше, чем в жилых домах. Я призадумался. Недалеко от нашей Базы была охуенная млинная блинная, где я время от времени брал два-три-четыре блинчика с двойной сметаной. Мне было очень вкусно, и я, поддавшись воспоминаниям, твёрдо решил взять сегодня четыре блинчика. Я немного постоял перед окном, помечтал о блинчиках — и вернулся к нашим. Как раз мужичок со словами «thank you» ушёл, держа ноутбук под мышкой.
— Хуйня, — сказала Маша, — Видеодрайвер наебнулся. Загрузилась в safe mode, переустановила драйвер — и всё заработало.
— Ну ладно, мы пошли, — сказал Куратор, допивая вискарик с колой и беря ноутбук и бумагу на вынос.
— Давайте, до скорого, — Маша нас расцеловала, а Куратора — ещё и в нос в кожаный, — Сильвии передавайте привет, она щас в Лунном Клубе должна быть.
Сильвия мне вчера вечером писала. Она была никакая в жопу и никак не могла переключиться на кириллицу. В принципе, Сильвия могла осилить поллитру водки, однако, от шампусика её срубало и клинило, а вчера она как раз зачем-то выпила две бутылки. Авось, с ней всё хорошо.
На выходе нас тормознул охранник в костюме с галстуком. Куратор отдал ему бумагу и ноутбук. Охранник долго и придирчиво сверял серийный и инвентарный номера, зачем-то понюхал ноутбук и откусил уголок от бумаги на вынос, но в итоге нас отпустил. То, что мы вчетвером вышли по одному пропуску, его не смутило.
[Магистр] нас очень даже порадовал — выписал сто пять тысяч рублей премии (на всех). Сотню поделили, пять решили пропить (и немного проесть). Парни пошли в нашу комнатку, а я пошёл в курилку. И, как обычно, закурил и призадумался о бренности всего сущего. Не успел я задуматься поглубже, как в курилку вышли наши айтишники (Антон и готишный айтишник) и Сильвия. Они были явно навеселе, а готишный айтишник, оживлённо жестикулируя, показывал, как он починил сервер.
— Привет, Sza'ska, — Сильвия подошла ко мне, — У коллеги день рождения, — Сильвия показала на готишного айтишника, — Мы празднуем. Ты будешь?
— Давай, Сань, присоединяйся, — сверкнул пьяненькими глазами готишный айтишник, — Мы ещё пиццу заказали, так что заебись.
— Хорошо, я приду, — я похлопал готишного айтишника по плечу, — Зай, — обратился я к Сильвии, — Тебе от Маши привет, мы к ней заезжали.
— Это прелесть, — хихикнула Сильвия, — Мы сегодня проснулись вместе, а она уже успела соскучиться. Она мне утром так аааааат... — Сильвия вдруг осеклась, — Ну что, пойдём пить?
— Пойдём, — и мы пошли в 256 комнату. На уже ставшей легендарной тумбочке, накрытой корпоративной газеткой, было расставлено бухло и газировка, а на столе для диагностики техники были разложены коробки с пиццей. Я взял пластиковую тарелку и шустро подцепил два куска «пепперони».
— Давай, говори тост, — сказал мне начальник айтишников, — Как свежеприсоединившийся.
— Друзья мои, — начал я, — Я бы хотел сказать тост в честь нашего дорогого именинника. Я забыл, о чём в нём говорилось, помню только, что в конце предлагалось выпить. Так давайте же это и сделаем.
— Это гениальный тост, — Сильвия снова хихикнула и потянулась стаканом к имениннику.
Закусывать водку пиццей — хм... специфично.
— Как там твой проект датацентра? — спросил я Сильвию.
— Датацентр хорошо, — ответила Сильвия, — Проект построения закончен, теперь я занимаюсь рекламой хостинга. Датацентр оформили... эээ... очень сложное предложение...
— Под датацентр создали отдельное юридическое лицо? — догадался я.
— Да! — Сильвия заулыбалась, — И я обозначена старшим специалистом отдела рекламы.
Конечно, мне бы стоило порадоваться за мой родной Лунный Клуб — что он цветёт, пахнет и расширяется. И, в принципе, я порадовался — но моя радость была бы куда более яркой и искренней, если бы у меня было хотя бы 10% акций Клуба. Эх, мечты-мечты...
— Ага, бухаем! — раздался крик. В 256 комнату ввалился Куратор, — Блядь, Сань, так и думал, что ты здесь будешь. Так, чё? Днюха?
Куратор налил себе рюмку водки. Немного подумав, он налил и остальным.
— Дорогой готишный товарищ, — Куратор начал говорить тост, — Я тебя давно знаю, и всё это время я тебя знаю только с лучшей стороны. Как ты мне два года назад случайно разбил монитор, я уже успел забыть. И как перед этим Новым Годом ты раздавил мне жопой клавиатуру, я уже тоже не помню. В общем, за тебя. Процветай и компутерствуй. Желаю тебе поменьше тупых юзеров и побольше времени для нихуянеделания. Ура!
Мы выпили.
— Sza'ska, — шепнула мне Сильвия, — Поедем сегодня ко мне?
— Чё, соскучилась по Сашке, да? — подъебал я.
— Конечно, — ответила Сильвия, но по её лицу я не понял, уловила ли она иронию.
— Так, Саш, тебя сегодня не ждать, да? — повернулся ко мне Куратор.
— Да, — сказал я, немного поразмыслив, — Сегодня будем бухать с Сильвией.
— Ладно, сообщай, как там и чё, — Куратор налил ещё по одной.
После этой рюмки Куратор ушёл. Мы ещё немного посидели и стали потихоньку собираться. Я заскочил в комнатушку за сумкой — Куратор и парни уже уехали. Я вышел из здания Клуба и закурил.
— Sza'ska! — раздалось сзади, — Пойдём!
Мы с Сильвией пошли на автобусную остановку. Хуй с ними, с блинчиками, думаю.
ПРОДОЛЖЕНИЕ СЛЕДУЕТ
