Когда мы переезжали, под нашим окном целый день истерично надрывала связки какая-то кошка. Черная и худая. А мой кот бил лапами в стекло и мяукал с ней дуэтом. Я была ребёнком. Я весь день за ними наблюдала и представляла, что у них пиздецкая любовь и они не могут смириться с тем, что им придется расстаться. Они орали целый день. Целый гребаный день. До тех самых пор, пока родители не оттащили нашего рыжика от окна и не затолкали в такси. Мы приехали в новую квартиру. Мои радостные малахольные родители по старой доброй традиции решили, что "первая в новый дом заходит кошка". У него лапы подкашивались и глаза были потерянные и стеклянные. Он забрел на маленькую кухню и упал. 

Сегодня в ТЦ видела пару. Они оба были одеты в черные кожаные куртки, оба имели затягивающе-черный цвет волос. Черный, как сажа. У неё была короткая стрижка, яркая помада, темные порванные джинсы и очень высокие каблуки. Он закатал рукава, отчего были видны его татуировки. Его девушку утомила длинная очередь: она положила голову ему на плечо и крепко прижалась. Кто бы мог подумать, что такой, на первый взгляд, сильной, независимой, сексуальной роковухе может потребоваться чья-та защита. Но не с ним. Рядом с этим мужчиной она казалась слабой и уязвимой. Они покупали какие-то необходимые, совсем простые продукты. Очевидно, живут вместе. Я сразу представила, как они придут домой и будут ужинать. Эта дьявольски красивая женщина сотрет свою красную помаду, перелезет из дорогих туфлей в мягкие тапочки и превратится в домашнюю, простую, чью-то девушку. Они отошли от кассы, подошла наша очередь. Я наблюдала, как они уходят. Смешные, не прошли и йоты своего пути ровно - толкались или обнимались. Увидела бы я этих людей по отдельности, держу пари, они показались бы мне резкими, неприветливыми, колючими. А вместе они превращаются во что-то "теплое". Гармонируют так, что пиздец. Как будто созданы друг для друга, честное слово. Короче, любовь меняет людей, я хотела сказать.

Мы тогда жили ещё в коммуналке. Мне, кажется, не было и семи. Был вечер. Я сидела на кухне. Там же что-то готовила наша соседка. Высокая, неуклюже сложенная женщина с короткой стрижкой и рыжеватыми волосами. Она была доброжелательной и улыбчивой, такой я её помню. Правда, ругалась иногда, когда я рано утром громко пела песни на весь дом. Но это совсем не важно. В тот вечер мы проговорили до самой ночи. Я рассказывала о своих детских философских размышлениях, о том, в какого мальчика влюбилась, всё это мне казалось таким важным и серьезным. Над чем обычно взрослые смеются. А она слушала меня, что-то советовала, ни с кем я не была такой откровенной. Потом я пришла к маме, она заревновала и фыркнула: "Иди к своей Оле!" Больше с тех пор ни с кем я секретами своими не делилась. У меня с тех пор и нет тех искренних и важных секретов, что были у той маленькой девочки. С тех пор нет той маленькой девочки. 

И вот уже я опять сижу на своей крохотной кухоньке и уже час тереблю свои несчастные учебники. Мне не хочется ничего учить. Мне не хочется ни звонить кому-то, ни идти куда-то, ни знакомиться, как он сказал "поближе". Все что здесь, вокруг, должно встать и пойти на хер, я думаю, нет? Я хочу вернуть ту прямую, немного пыльную тропинку, окутанную пышными зелёными деревцами, по которой медленно прогуливались я, моя златогривая лошадка и наша безмятежность. Мне казалось, я уже давно научилась не привязываться к чему то или кому то, что сейчас то стряслось? Видимо, моя маленькая девочка заразила своей наивностью и по-детски непостоянной влюбчивостью. Мне правда очень плохо. Как будто кто-то наверху вдохнул в меня жизнь, как в воздушный шарик, а потом отпустил и с насмешками наблюдал, как бедный истерично летает по всей комнате, выпуская из себя последние ошметки кислорода. А потом, опустевший, падает на пол и лежит до тех пор, пока его не подберут или не выбросят. 

Не понимаю, почему вообще эта солнечная девочка общается с такой унылой соплежуйкой, как я. Моя эгоистичная подружайка всегда обижалась на то, что этой девочке я, будто бы, уделяю больше внимания, чем ей. Хотя мы видимся раз в полгода! Теперь я понимаю, к чему она ревновала. Да просто эту горделивую шлюху никогда нельзя было любить и ценить так, как вторую. Хоть и мне было с ней проще всего, она не знала, что такое "тепло". Она не могла просто назвать меня "солнышком", чем, собственно, вытащить из петли сделать день. Она была не образцово-показательной сахарной добрячкой, у которой волосы постоянно сливаются с моими, а обычной независимой и самоуверенной стервой, в чем, собственно, не виновата. 

Когда мои и без того огненные волосы чуть не запылали, я очень испугалась и даже на мгновение перестала ненавидеть свою внешность. А потом подумала, что могла бы стать, как Шэннон из "Невидимок". Но всё обошлось и мой май начинается, как жизнь. с крика и рева.

Я хочу никогда не ложиться спать и выкуривать по целой пачке. У меня вся кухня в рисунках неприлично красивой женщины, которые никому не нравятся. Я не знаю, о чём говорить с сильным полом, потому что у меня дыра в голове. сквозная. 

Я очень ждала, когда мы наконец улетим, я и моя девочка. А сейчас не хочу, потому что она, чем взрослее, тем больше "маленькая сука".

И если самолет разобьется - никто не будет плакать.

Вообще, не люблю, когда меня трогают. А сегодня мне запредельно хотелось держаться за ручку. Вообще не помню, когда в последний раз я была такой счастливой и болтливой. Мне нравится никуда не успевать, не находить времени, чтобы поесть, я чувствую, что живу. Моя знакомая рассказывала, из-за чего повесился её брат. Из-за девочки, которая его не хотела. Точнее перехотела. Потом я вспомнила, как очень давно мой знакомый повесился, когда не мог найти денег на наркотики. И после этого я могу заявлять, что у меня что-то идет не так? Нет. 

Сижу я, делаю уроки. А в книжечке с изложениями текст про весенний остров. Про тот, который долго оставался под водой, а когда его берега обсохли, - всюду было лето, а он не мог без весны. И вот, значит, природа радуется и торжествует, не соблюдая никаких сроков. И это к тому, что к каждому рано или поздно приходит своя весна. Не важно, в каком облике, в каком цвете, главное, что приходит. И только я дочитала до конца странички, как вылезло солнышко и начало так сильно припекать. Весна пришла. 

Проснулась сегодня в 5 утра от мучительной тошноты и ломки во всем теле. Не знаю, это от того, что я уже неделю не ела по-человечески или от того, что после вчерашнего дерьма мне снились самые противные и обидные сны. Меня тошнит от слова "дерьмо". Меня тошнит от своих друзей, которые тоже только слово. Меня тошнит от книг про мазохистов. Меня тошнит от зелёного салата. Меня тошнит от душевных писем. Меня тошнит от социума. Меня тошнит от себя. Меня тошнит от себя и своей гребаной жизни! Если просто засунуть два пальца в рот, это пройдет, да же? Пройдет?

Грустный транспорт, как всегда переполненный,
Сплюнет порцию людей пережеванных -
За