«Тебе кажется, ты все понял? — спросил голос, когда корабль перевернулся и пошел ко дну. — Если бы ты был таким, каким хочешь быть, ты бы не спрашивал чужого мнения… "

«Ты хочешь изменить мир? Сотворить чудо? — зло прошептала Тень. — Но знаешь ли ты, что не так сложно завладеть силой, как удержать ее?.. У тебя ничего нет для этого, кроме твоего желания, а этого мало. Они идут лишь туда, где есть недостаток… Но когда я дам тебе эту силу, этот недостаток исчезнет и твои желания переменятся. Говорю тебе, одного желания — мало!»

— Нет ничего более обманчивого, чем отказ от цели, — раздалось мне вслед. — Именно в тот момент, когда ты думаешь, что ты от нее отказался, она и берет верх!

— Быть лучше кого-то или быть хуже кого-то в некоторых ситуациях — это одно и то же.

— В каких это ситуациях, интересно? — усмехнулся я.

— В каких? — переспросил Хенаро и внимательно посмотрел на меня. — Ты не знаешь?

— Нет, не знаю, — честно признался я, вообще не понимая, к чему он клонит.

— В тех ситуациях, когда ты боишься быть таким же, — спокойно и с какой-то особенной, пронзительной грустью в глазах сказал Хенаро.

В сферу духа нельзя пробраться дорогой размышлений, логикой. Мысль — это препятствие к Просветлению. Так, и никак иначе. Путь к нему не может быть выстроен мыслью! Мысль только заграждает дорогу.

В мире духа нет места рациональности. Мысль видит в пространстве Истины лишь парадоксы. Да, только парадоксы, потому что Истина невыразима в словах. Она не от разума, Истина — от Бога. Нельзя осмыслить духовное. В духе возможно лишь чистое присутствие.

— Человек слепнет, когда думает, что цель близка. Слепнет. Но это мираж. Мираж… Чем, тебе кажется, ты ближе подошел к своей цели, тем на самом деле она дальше от тебя.

Истина — в сердце. И если ты хочешь изменить мир, ты должен говорить с людьми на языке сердца. А для этого ты сам должен достичь той степени просветленности, при которой в общем хаосе мира ты будешь слышать лишь свое сердце, обретешь непривязанность и станешь предельно открытым.

Неужели «свой ум» — это вечное сомнение, вечно метущаяся душа?!

— Но зачем вам мертвецы? — прошептал я, глядя ей вслед.

Старуха остановилась, но не обернулась. Задумалась о чем-то, словно решала — сказать мне или нет.

— Я забираю их души, — сказала она, не оборачиваясь.

— Забираете их души?! — повторил я.