Я был с одной девушкой, которая впервые увидела свой двор с высоты. Знаете, мне она напомнила чем-то дикую кошку: сперва она сделала несколько маленьких робких шагов по крыше, затем её шаги стали заметно увереннее; после того, как она немного привыкла к ощущению высоты, она осмелилась подойти к краю крыши.
Солнце рождается и умирает в океане. Каждый день.
Я много раз стоял на берегу, а однажды был в открытом море на плоту, когда солнце погибало в солёных водах. Медленно, искажаясь и меняя цвет. Но ни разу не видел, как оно рождается… За всю жизнь – ни разу.
Даже если любишь одиночество, иногда хочется просто побыть в окружении людей. Не слишком шумных, чтобы не чувствовать неуютность, и не очень тихих, чтобы не слышать шуршания в голове. В такой компании, где ты особо никому не знаком, чтобы не взмахивать руками и не кричать: «Сколько времени прошло! Как ты?», когда тебе вовсе не интересно, сколько времени прошло и как он.
Этот случай произошёл с моим хорошим товарищем. Случай очень простой, но оставивший глубокий след в его памяти.
Это произошло во время его студенчества. Приехав из небольшого алтайского города, приятель мой поступил учиться в Университет. Новые свободы, новая обстановка вокруг, конечно, оказывали влияние на молодого человека, попавшего в крупный город. Но ещё большее влияние на него оказывала атмосфера Академического городка, где и располагался Университет. До центра города не меньше тридцати километров, вокруг – нетронутые клочки хвойного леса, уютные переулки и бессмертная романтика шестидесятых. Но самое главное, это люди, достойные того, чтобы их уважали, но часто остающиеся в презрении.
На избу в лесу мы набрели совершенно случайно. Осень стояла очень тёплая, и мы просто шли, закинув за спины небольшие рюкзаки, вдоль небольшой речки по дну долины. Справа и слева поднимался кустарник, а склоны прикрывали золотые кроны берёз. И увидеть избушку здесь, в долине, было удивительно. Она стояла, наполовину врезавшись в склон, обращённая на запад; над дверью висел небольшой кованый фонарь.
Вчера весь вечер между двумя рамами окна билась толстая полосатая муха, ей очень хотелось на свободу. Я несколько раз пытался её вытащить, но расклеивать окно не хотелось, а сделать это через форточку оказалось не так просто. Всякий раз при виде меня она забивалась в нижний угол, и я ничего не мог с этим поделать. Теперь муха утихла и лежала внизу, между стёклами, не шевелясь.
За окном слышен смех и удары по мячу.
