Ночь. Лицо. Ребёнок. Он молчит. Лишь из его пустых глазниц сочится холод. Ядовитые слёзы. Зачем он ползёт ко мне, что ему надо, я не знаю. Призраки несбывшихся надежд, такие же мёртвые, как он. Тонны слов и обещаний тянут на дно это дитя. И из бездны он тянет свои руки, чтоб придушить меня. Справлюсь. Добью его осколками своих воспоминаний. Острыми. Страшными. Забытыми. Воспоминаниями о тех, кто были до его нерождения. Мой взгляд устремился назад. В богом забытый город на границе. Где жизнь остановилась сто лет назад. Куда я приезжал и уезжал почти год. ... Я кричу во сне. Открываю глаза. Ночь. Никого. 3:45. Лучше включить свет в корридоре и дальше спать. Как всегда одному. В другом городе. Посреди снегов. Под колыбельную ветра за окном.

Все уйдут, а мне придется остаться. Уйти раньше я не смогу. Должен закрыть дверь. А что останется со мной после щелчка замка... Ничего. Абсолютное одиночество. В тот самый момент смерть поселится вместе со мной и будет ждать. Молча наблюдать и ждать. Когда мне придется сделать шаг за порог. За которым ничего нет.

Сны разума породили много чудовищ. Я одно из таких. Порой нам кажется, что все слова которые из нас выходят являются чем-то самостоятельным, независимым от нас. Поток сознания из глубин информационных сфер. Наш мозг большой носитель информации. Весь этот мир состоит из электрических импульсов.  ...010011001... и так до бесконечности. Код жизни. Я сплетен из него. И он меня создал именно в этом пространстве. В этой сети. Реален ли я? Да. Также как и все ваши персонажи, куклы, игры, мысли, фантазии, страхи. И теперь мне уже нравится этот сон. Мой сон разума.

Бессонные ночи. Сбитый график. Ненависть пляшет внутри. Бушует тысячами воспоминаний. Как языки пламени её язык рвётся изнутри грязными проклятиями. Надо удержать за зубами. Потушить. Не помогает ничего. Я спросил его: - что он чувствует? Ненависть? Боль? Разочарование? Он улыбнулся и нервное, еле уловимое, движение уголком рта ответило за него. Выблевать. И больше никогда не пробовать. Вот только не получится. Никогда не говори "никогда". Этот урок он выучил. "...герой погибнет в начале повести. И мне достанутся его сомения. Я напишу о нём стихотворение..."

Гитара. Виски. Соленые огурцы. Душевный вечер. Также и с тобой, мой друг, мы однажды сядем за столом на кухне. Я что-нибудь приготовлю. Достану бутылку чего-нибудь из своих запасов. И мы будем болтать. Я буду жаловаться. Ты будешь слушать. А потом петь. Пить. Петь. Пить. Петь. "прости нас господи, мы умерли вчера в последний раз".

Он оставил в её жизни большой и грязный след. Своим ботинком 43-го размера прямо на свежевыпавшем снеге. 31 декабря. Чтоб этот день навсегда из праздничного превратился в день, когда всё закончилось. Когда вера в безнаказанность была уничтожена. Не всё любовь может простить. Её очень просто убить, достаточно нескольких точных слов. Что и произошло. Невозмутимость при встрече, черные провалы глазниц и в глубине их лёд. Три кубика. Как на дне пустого стакана, которым глушили боль. Надежда мертва. В новогоднюю ночь я выпью за её упокой. Оставив ещё один труп в прошлом году. А он будет опять один - "топтать эту вечно холодную, вечно белую землю".

Грустное кино на экране телевизора. Тоска в фуллэйчди качестве и 43 дюйма по диагонали. А по другому нельзя в этот век. На пачке написано - "зажечь, чтобы успокойться и снять стресс". Спалил всю пачку. Дым в комнате и непонятный запах, перебивает запах одиночества и тревоги. А может одиночество так и пахнет, как эти чудо палочки. Ещё один день. Ещё один год. И снова один. Итоги неутешительны. Ложь пораждает лишь боль. Компромиссов нет. Надо смириться и жить дальше в полном одиночестве. Лишь изредка позволяя себе глоток свежего воздуха привезенный из других мест. А может и сам решусь и выйду за порог, на встречу чему-то новому. Поживем увидим.

Все мои демоны тысячами голосов орут - "Уходи!" Пока она доедает моё сердце под соленым соусом из своих слёз. Отдать ей его и спасаться бегством. Я знаю, что Он залечит мои раны, что у Него ещё много льда. Мой главный демон, мой спаситель. А сейчас любой ценой надо уходить. Самообман мне уже не поможет. Ложь отравила кровь. Надежда мертва. Нельзя. Надо быть сильным. Надо унести остатки себя и сшивать всё заново. По частям. Кусок за куском. Там где никто не видит. Где темнота. Снег за окном. Вечный холод. Гитара и Ночные Снайперы. Мне остается моя боль и моя музыка. Ей остаются разбитые мечты и роспись в собственном бессилии. Надо быть умнее и верить в знаки. А пока я восстанавливаю себя по кускам, пусть Он сидит на страже и никого ко мне не пускает.

Пустая мёртвая клетка. И он ходит по ней, раненый зверь. В очередной раз разогнавший всех. По углам ещё её вещи. Повсюду её тень. Осколки надежды и мечты впиваются в глаза и под ногти. Больно. Тоска. Рвёт. Заложник своих слов и несделанных поступков. Не впустил внутрь, потому-что там Я. Да и не очень то хотели. А то Я бы открыл дверь и пригласил в свой дом, в его голову. Как впустил однажды тебя. И теперь ты единственный наш друг, которого мы не боимся. Я лишь скажу, что ты нам нужен. Ты нужен ему. Именно ты и никто другой. Ты начало, а все остальные лишь тени, призраки невозможного реального. И пусть будет так.

Как скрыть глаза, в которых ничего не осталось? Как сказать - "нет", в последний раз? Всё разорвать и сжечь. И сверху кинуть свою душу. Не смотрите в мои глаза там лёд, смерть, две чёрных дыры. Накройте это тело и отойдите, пусть остывает. Пусть поступает по совести сейчас, когда всё мертво, раз не смог сделать это раньше. Оставьте его гнить в своей пустоте. В этом вакууме нет даже червей, некому разъедать изнутри. Только Я! Жру его сердце, запивая слезами. Раз его слёз не осталось, придется заставить плакать других. Я хочу пить! И мне плевать, что надо было. Надо было сразу отрубить ему руки по локоть, чтоб не касался клавиатуры, мой жалкий создатель. Поставь галочку, ещё один мертвец на твоём счету!