Стопка конвертов, самых разных, начиная от обычных почтовых в духе советского времени, и заканчивая самодельными. В каждом конверте лежат листочки. Некоторые ещё совсем новые, белые, некоторые успели потемнеть. Письма, молчаливые свидетели. Строчки бегут одна за одной, неровные, раскосые. Никогда прежде не перечитывал давнишние письма, а вот теперь, когда решил взвесить свой груз нескольких лет, они попались мне на глаза. Разложил конверты по датам, начиная с самых давних, и начал открывать их по очереди.
Я был уже почти дома, оставалось пройти около пятнадцати километров по неплохо накатанной лыжне, когда пришло понимание, что я не хочу сегодня возвращаться. Этот день оставался мне должным за разрушенные мечты, винить кроме себя было больше некого.
Когда на работе все папки валятся на голову словно с обрушившейся полки; когда подрядчик нервничает, а заказчик негодует; когда очередной бульдозер уходит в болото, а техники и так в обрез, и что делать дальше – вообще непонятно…
Так получилось, что у меня не оказалось при себе денег. Видимо, кошелёк остался где-то на стоянке или на переправе, потому что воровать в долине было некому. Я прикинул, что дойти до города пешком я вполне успею, только для этого пришлось бы оставить ещё не пройденных два перевала и сейчас же спускаться вниз.
В каждом городе наверняка есть место, и даже не одно, которое находится не так далеко от цивилизации, но куда редко находят время зайти люди. И тем такие места интереснее.
Иногда случаются моменты, когда ты чувствуешь, что счастлив. Чувство это настолько противоречиво, что описать его практически невозможно. Оно ощущается кончиками пальцев, трепетом сердца, дикими огоньками в глазах. Можно даже не догадываться, что оно существует, пока его нет, но когда оно приходит – это становится понятно так же ясно, как голубое небо или ослепительное солнце.
Еду в трамвае, прислонившись головой к окну. Не покидает ощущение, будто вагон ползёт не по рельсам, а уже давно съехал со своего пути и катится дальше, прямо по щебёнке и асфальту, ломая его на крупные куски своими колёсами. Как человек идёт увалистой походкой, так и он переваливается с боку на бок, трясясь и едва не разваливаясь.
